«Всего замечательнее княжение Ивана следующим в Москве происшествием: мы имели уже случай говорить, что вследствие оседлости князей бояре должны были приобрести большее значение в княжестве; по той же самой причине и тысяцкий, как член княжеской дружины, как боярин, приобрел важное значение на северо-востоке. Теперь, при оседлости князей и переходе княжества от отца к сыну, тысяцкий получил возможность отправлять свою важную должность при нескольких князьях сряду без смены, следовательно, будучи посредником между князем и городовым народонаселением, имел возможность приучить народ к себе, приобрести его расположение не только для себя, но и для потомства своего, почему князья назначали в тысяцкие сына умершего чиновника для удовольствия народного: отсюда наследственность должности в одном доме. Ясно, что такая сила могла быть опасна прежде всего другим боярам, которых влияние стеснялось влиянием тысяцкого, а потом могла быть опасна и самой власти княжеской: отсюда интерес бояр, равно как интерес самого князя, требовал уничтожения сана тысяцкого. В описываемое нами время должность московского тысяцкого отправлял знаменитый боярин Алексей Петрович; гордый народным к себе расположением, он поднял крамолу против Симеона Гордого, но был изгнан и лишен своих волостей; все три брата — Симеон, Иван и Андрей поклялись не принимать в свою службу мятежного боярина, и несмотря на то, он является тысяцким при в. князе Иване. Зимою, 3 февраля 1357 года, рано во время заутрень, тело Алексея Петровича было найдено на площади со всеми признаками насильственной смерти. Никто не видал, как совершалось убийство, но слух шел, что бояре собирали на тысяцкого тайный совет и ковали ковы, и погиб он от своих товарищей, общей всех думой, как погиб Андрей Боголюбский от Кучковичей. Сильный мятеж встал в народе озлобленном или уступил требованиям граждан, неизвестно; известно только то, что в следующем году Иван перезвал к себе опять из Рязани двоих бояр» (311, 264).

Взгляд Веселовского

Знаток Московской Руси С. Б. Веселовский также видел в этом событии драматический эпизод борьбы за власть между московскими боярскими кланами. Не останавливаясь на этом, он пошел дальше и предположил, что за убийством Алексея Петровича стоял могущественный клан Вельяминовых.

«В том же договоре великого князя Семена с братьями (1350/51 года. — Н. Б.) впервые появляется на исторической сцене соперник Вельяминовых Алексей Петрович Хвост Босоволков. Незадолго перед тем он „вошел в коромолу к великому князю“ и подвергся опале. Неизвестно, в чем состояла крамола, но видно, что он был очень значительным человеком, с которым князьям приходилось очень считаться. Семен и его братья приняли на себя обоюдное обязательство не принимать на службу ни самого Алексея Петровича, ни его детей, не возвращать ему конфискованное имущество и не помогать ничем его жене и детям.

Однако через несколько лет опала была снята с А. П. Хвоста, и он стал боярином великого князя Семена. В 1347 г. А. П. Хвост и Андрей Иванович Кобыла исполняли очень почетное порученье — великий князь посылал их сватами в Тверь за своей невестой, княгиней Марьей Александровной, дочерью великого князя тверского.

Весьма вероятно предположение, что „коромолой“ Д. П. Хвоста было его чрезмерное честолюбие, проявленное в борьбе с Вельяминовыми за должность тысяцкого. Дело в том, что после смерти Протасия должность тысяцкого унаследовал его сын Василий. В промежуток времени между 1347 г., когда помилованный А. П. Хвост ездил сватом в Тверь, и 1356 г. Василий Протасьевич умер и должность тысяцкого вторично стала предметом борьбы. На этот раз Алексей Петрович одолел Вельяминовых, но эта победа стоила ему жизни. 3 февраля 1156 г. (следует: 1357-го. — Н. Б.), во время заутрени, Алексей Петрович был убит „дивно некако и незнаемо“ и найден лежащим на Кремлевской площади.

Летописцы рассказывают об этом крупном московском событии как-то сбивчиво, загадочно, с недомолвками. Одни говорят, что Алексей Петрович был убит „боярскою думою“, т. е. боярским заговором, другие выражаются менее определенно: „всех общею думою, яко же Андрей Боголюбивый от Кучковичь, тако и сий от своея дружины пострада“. Убийство было действительно „дивно“, т. к. вообще у бояр было обыкновение никуда не выходить без сопровождения вооруженных слуг, а здесь был покинут своей дружиной и убит не кто иной, как главнокомандующий Москвы и Московского княжения. Явно, что Алексей Петрович был предан и убит своими слугами, подкупленными его врагами из боярской среды.

Последующие события показывают, что убийство было совершено не „всех общею думою“, а боярской партией, которая встретила отпор со стороны третьей партии, настолько сильной, что эта последняя не позволила заговорщикам воспользоваться плодами своего преступления и поставила их под угрозу возмездия. Если они не были наказаны немедленно, то только потому, что великий князь был в это время в Орде» (112, 213).

Свидетельство духовных грамот