Она обняла меня за плечи.

— У тебя было тяжелое возвращение домой. Я рада, что Лулу рядом с тобой. И Коннор тоже.

— Ненадолго. Он ведет Стаю на Аляску.

— Я знаю. Что ты об этом думаешь?

Я прищурившись посмотрела не нее.

— В каком смысле, что я об этом думаю?

Мгновение она просто смотрела на меня.

— Что ты думаешь о его отъезде? — наконец спросила она. — С тех пор, как ты вернулась, вы стали проводить больше времени вместе. И он помог тебе прошлым вечером.

— Он должен уехать, — ответила я, чувствуя неловкость от более глубокого копания в моих чувствах к Коннору. Они сложные, и он все равно уезжает, поэтому они едва ли имеют значение. — Стая уже давно это планировала.

Она кивнула.

— Я поговорю с твоим отцом. И когда все уляжется, ты тоже должна с ним поговорить. Извиниться.

Я это сделаю. Как только будет возможно. Потому что просто не смогу долго испытывать чувство вины.

— Будь сегодня осторожна, — сказала она, крепко меня обняв, прежде чем я успела среагировать. — Мы оба хотим привязать тебя к Дому Кадогана, уберечь тебя. Но это никому не принесет пользы.

Она отстранилась, проведя пальцами по моей щеке.

— Мы очень гордимся тем, кем ты стала. Но никогда не забывай, откуда ты.

* * *

С этими словами в голове я прошла через Дом и увидела, что Коннор ждет снаружи, перекинув ногу через Тельму. Его руки были скрещены на груди, а на лице очень серьезное выражение.

— Что случилось? — спросила я.

— Ничего. — Он расцепил руки. — Мне нужно готовиться к Аляске, но сперва я хотел с тобой поговорить.

Мне не понравилось второе упоминание об Аляске, и я по-прежнему не хотела об этом думать.

— Я тоже хотела с тобой поговорить. О прошлой ночи — прошу прощения за свое поведение. Ты пытался помочь, а я не была готова это услышать.

Он посмотрел на меня, выгнув брови.

— Элиза Салливан, наивластнейшая из властных, извиняется передо мной?

— Я не властная. Я решительная.

В ответ Коннор закатил глаза.

— Но да, я извиняюсь. Я знаю, что ты пытался помочь, и ценю, что ты меня поддерживаешь. Просто сложно принимать советы после того, как долгое время справлялась с этим самостоятельно.

— Уверен, что так оно и есть. Все еще стоит важный вопрос: Тебе не нужно справляться с этим в одиночку.

Сначала я не могла в это поверить — особенно потому, что он единственный человек, который знает правду, и он уезжает — но я оценила, что он проявляет заботу.

— Спасибо.

— Слушай, Лиз… Тео, кажется, хороший парень, но фейри опасны.

— Он пойдет туда от лица Омбудсмена, — сказала я. — Они могут не уважать меня или Лулу, но, я думаю, они дважды подумают, прежде чем идти против всего города.

— А Тео?

Мои брови приподнялись.

— А что с ним?

Мгновение он молча смотрел на меня.

— Он может постоять за себя?

Учитывая паузу, я не уверена, что Коннор хотел спросить именно это. И мне пришло в голову — может, немного поздно — что я на самом деле не знаю ответ. Наверняка Юен не послал бы Тео в замок, если бы он не мог постоять за себя.

Я остановилась на:

— Мы это выясним.

— Это не очень хороший ответ.

— Это единственный ответ, который я могу тебе дать. Нам нужно ехать в замок, потому что у нас нет лучших вариантов. Райли все еще за решеткой, а Дом моих родителей использовали для продвижения чьих-то жестоких планов. — Я подарила ему лишенную энтузиазма улыбку. — Не беспокойся, тебе не придется меня снова спасать.

— В первый раз я был не против тебя спасти, — ответил он. В его глазах появилось нечто другое. Эмоция, которую я раньше не видела, и не совсем понимала, что с ней делать. — Но тебя на самом деле не нужно спасать, Лиз. Тебе просто нужен хороший напарник.

Я не была готова к глубине его взгляда, и мой инстинкт говорил отвернуться, увеличить дистанцию между нами, что дало бы мне время подумать.

— Тебе не нужны для этого правила, — сказал Коннор и схватил меня за руку, прежде чем я смогла повернуться.

Я оглянулась на него, наблюдая, как его глаза темнеют, подобно грозовым тучам над холодным, глубоким морем, его взгляд был настолько интенсивным, что он, наверное, мог видеть мою душу насквозь — и я внезапно почувствовала дикий голод, который поднимался в ответ на этот взгляд.

Коннор наблюдал за моим лицом, большим пальцем поглаживая чувствительную кожу на внутренней стороне запястья.

В воздухе запульсировала магия, и она не имела никакого отношения к моему монстру или к фейри. Это была магия оборотней, дикая, примитивная и едва укрощенная. И это была вампирская магия, темная, сдержанная и опасная.

Когда он, наконец, отпустил мою руку, которую покалывало от остаточной магии, интенсивность в его глазах сменилась удовлетворением от того, что он увидел в моих глазах — или от ускорившегося пульса, который он почувствовал на моем запястье.

Мне потребовалась целая минута, чтобы снова обрести голос.

— Мне нужно идти.

Коннор мгновение молча смотрел на меня, и на этот раз его лицо было нечитаемо.

— Будь осторожна.

Я кивнула и отступила назад, а потом смотрела, как он натягивает шлем и заводит байк с ревом двигателя и выхлопом. И затем он уехал во тьму.

Глава 17