Читаем Девять дней в июле полностью

Вот. Он это сказал. И дальше ест борщ. А тебе теперь с этим жить. То есть вроде ничего страшного не произошло. Ну, встретил, ну, покурили… Но оно уже в тебе! Вот он сидит и ест твой борщ как ни в чем не бывало. Да, с капусткой молоденькой, перчиком сладким, помидорками – сама все с рынка тащила. Отличный борщ, чего уж! С ребрышками, между прочим. Сидит и ест. Вкусно ему. Вон и хлеба еще подай. Который он купил в булочной этой…

Вот и зачем он тебе сейчас это сказал?

Ел бы и ел. Со сметаной даже. И всем – хорошо. И что он вообще имел в виду? И хлеб такой свежий купил… Нет, и не думай, никакого хлеба! Ты и так поправилась за последний год. Но эти три-четыре килограмма вполне можно сбросить, при желании. Вот в эти же выходные и пойдешь в тренажерку. А еще в бассейн. Ведь давно же хотела, так чего тянуть? Спорт – это вообще хорошо. Такая легкость потом – сразу молодеешь вся. И в джинсы свои наконец влезешь. Только с чем их носить?..

Ну пусть не идет тебе это пальто, что на рынке впопыхах схватила. Так ведь скидки какие там были! И ему еще свитер тот, турецкий, серый, с косами – и тепло, и нарядно. А он сидит и ест свой борщ. Ну и черт с ним, с пальто! Купишь себе плащ. Такой приталенный, с широким поясом, бежевый, к примеру. А что? Беж – это классика. Никогда из моды не выходит. И всегда освежает. А еще перчатки к нему, замшевые. Сумочку и сапоги! Точно, с ближайшего же аванса. Ну хоть плащ, для начала. А то ведь у него туфли совсем заношенные уже. А чуть дождь какой – моментально промокают. А он как походит в мокрых носках, сразу насморк. А там и кашель. Иммунитет ни к черту: все сигареты эти, чтоб их. Вот говоришь, говоришь ему: «Бросай! Ну сколько можно-то?» А что толку? Да, плащ, с ближайшего же аванса!

Нет, ну, может, он, конечно, не специально! В конце концов, откуда он мог знать, что его бывшая там окажется? Он про нее вообще ведь не вспоминал ни разу. Ну практически. Да и ты не спрашивала. Тебе-то это знать зачем? Ты даже в лицо ее не видела. Красивая, наверно. Конечно, красивая, а как иначе! А у тебя вон морщинки возле глаз. Не то чтобы сильно заметно, но ты-то о них знаешь! Как бы уже разориться на крем этот, что Ленка по каталогу себе заказывает. Говорит: «Пару применений – и лицо как у младенца!» Надо же за собой следить, правильно?

Нет, ты следишь, конечно. Даже ногти вчера накрасила розовым – так по-летнему получилось, здорово: самой радостно! И к парикмахеру ходишь раз в два месяца. Очень удобно: прямо через дорогу. Кстати, корни можно бы уже и подкрасить. Депиляцию вот, правда, не делаешь. Как-то все с духом не соберешься. Ой, как представить: горячим воском, а потом отдирать – жуть! Аж мурашки по коже… Но можно и попробовать. Женщина ведь, да? Вот и потерпишь. А то бритвы эти – вчерашний день. И раздражение потом от них бывает. Особенно в области бикини: прямо прыщики такие. Конечно, воском лучше: один раз потерпела – и ходи красивая, и ничего из купальника не торчит. Надо у Алки телефон взять. Она там хвалила какую-то. Машу. Или Наташу…

Вот интересно, а она ему готовила борщи? Вот он сейчас сидит и ест. Твой борщ. А ведь он, может, сравнивает! Вот ты привыкла на ребрышках. В крайнем случае, с куриной грудкой. Как-то привыкла и не задумываешься. А если ему больше с телятиной нравится, или чтобы свинина, но большим таким куском и без сала? Как она готовила. И еще, к примеру, фасоль добавляла. Или приправу какую особенную. Такую, вкус которой не забывается даже спустя годы. И он понимает: твой борщ – так себе борщ. Но ведь он об этом никогда-никогда тебе не скажет. А просто подумает. Хлебом свежим зажует – и вроде ничего так. Но ведь НЕ ТО! А ты об этом не знаешь! Он даже добавки еще попросит. Из жалости. Кошмар какой-то…

А если она вообще готовить не умеет? И все хорошо. Он сидит и ест. И ему так нравится. Что это ты, своими руками, для него. Душу всю вложила. Приправу добавить каждый может, а чтобы вот так, с любовью… Конечно, он не может этого не чувствовать! Но ведь они о чем-то там разговаривали…

Нет, конечно, они могли просто покурить. Как это у них там происходит? Он достает пачку, протягивает: мол, будешь? Она угрюмо кивает: давай. Берет двумя пальцами, чтоб не вывалилась. А то грязно. Да и вообще, поднимать, наверно, сигареты не принято. Он зажигалкой чиркает, подносит тихонечко. Она затягивается. Тьфу. Как этим можно затягиваться? В общем, стоят и курят. Обычно так. И ни о чем вообще не говорят. Разве что о погоде. Ну о чем им говорить? «Вот я купил хлеб домой свежий. А ты?» Бред какой-то… Ну зачем он тебе это сказал?