Читаем Дары джиннов полностью

Мы летели на юг без вооружённой поддержки, без плана, не представляя себе толком, с чем столкнёмся, но больше ничего не оставалось, только следовать компасу и надеяться на лучшее. Каждый потерянный день означал лишние сутки заточения для наших друзей, страдающих, а может, и умирающих.

В конце первого дня пути я заметила впереди знакомые очертания, нарушающие монотонность раскалённого золота песков и белёсого неба. Ветвистая ломаная линия каньонов и ущелий – Страна дэвов.

С дрогнувшим сердцем я перегнулась через шею Мазза и вгляделась. Северная оконечность каньона – этим путём мы когда-то возвращались в наш тайный уютный оазис среди скал с боевых заданий мятежного принца. Тогда Шазад была ещё рядом со мной. Да, где-то здесь в каменном лабиринте остался наш старый дом. Остро захотелось вдруг приказать рухху снизиться и найти точное место. Поднять песок, засыпавший лагерь, когда я вызвала бурю, прикрывая наше бегство, и взглянуть на дорогие сердцу развалины, вспомнить прежний уют.

«Нет, глупо, конечно, слишком далеко мы теперь».

Когда солнце уже касалось горизонта, мы остановились в окрестностях Фахали, стараясь не попадаться никому на глаза. Однако зайти в город было необходимо: в Ильязе осталась не только Лейла. Спасая нашего воришку, пришлось бросить съестные припасы, оружие, бурдюки с водой и многое другое, необходимое в трудном пути на юг.

– Пойдём мы с Сэмом, – сказал Жинь, подсчитывая наши скудные финансы. – Для демджи слишком опасно.

– Думаете, чужеземцы с другого края света привлекут меньше внимания? – Я с удовольствием вытянула ноги, уставшие цепляться за пернатую спину рухха.

Сэм почесал в затылке:

– Хм… Зато хоть кожа и волосы у меня не синие.

– Но-но, – с деланной обидой отозвался Мазз, успевший превратиться в большую ящерицу.

– Сама пойду, – решила я, окидывая взглядом городские дома вдали. – Если не смотреть в глаза, никто не заметит. Выпутаюсь как-нибудь.

– Ты бы для начала научилась не впутываться, – усмехнулся Жинь, подбрасывая на ладони монетку в два лаузи. Кинул её мне, затем передал остальные. В самом деле, в дни войны чужеземцам лучше не рисковать в этой части пустыни.

Я задержалась перевязать куфию.

– Куда приведёт компас, пока непонятно… – начала я, взглянув на Тамида, который сидел на песке, отстёгивая свою искусственную ногу. На меня не смотрел, но явно понял, что обращаются к нему. – Если хочешь, можешь остаться здесь. Когда на севере всё успокоится, поезда пойдут опять, доедешь до Пыль-Тропы.

– Нет, – покачал он головой, не поворачиваясь. – Пыль-Тропа на юге, доберусь с вами поближе к дому.

Вот уж куда меня совсем не тянуло. То ли дело Страна дэвов, где остался под горами песка мой настоящий родной дом.

* * *

Фахали первым принял сторону мятежного принца. Прежде там два десятка лет хозяйничали галаны. После того как мы не дали Нуршему испепелить город, он на какое-то время перешёл на сторону восстания, пока не стало известно о гибели Ахмеда. Идя по улице, я ощущала растерянность жителей. Слухи о грозящей войне и вторжении чужеземцев дошли и сюда. Прохожие шагали торопливо, глядя себе под ноги, словно боялись долго находиться на виду.

Я и сама не поднимала глаз и надвинула куфию на лицо повыше. Кое-кто здесь мог меня узнать, хоть я и не выделялась внешностью, как Жинь или близнецы.

Городок запомнился мне неплохо, но с последнего нашего визита он сильно изменился. Улицы почти пусты, процветавшая прежде торговля заглохла, лавки заколочены, только женщины в лохмотьях просят милостыню да бегают босоногие дети.

Ощутив прикосновение к одежде, я резко развернулась и успела поймать детскую ручонку, пытавшуюся залезть в карман.

– Я ничего не сделала! – Паника в огромных глазах девочки лишь подчёркивала явную ложь.

– Ничего страшного, не бойся. – Я присела на корточки, но руку девочки на всякий случай не отпустила. – Расскажи, что творится в городе.

Босоногая кроха глянула с недоверчивой опаской.

– Нам больше не привозят еду, – буркнула она, помолчав. – Папа говорит, это в наказание за то, что мы пошли против султана.

«Что ж, с него станет».

Правитель решил уморить голодом мятежных подданных. Торговые караваны и поезда по большей части везут товары с востока Мираджа, достаточно перекрыть путь через горы – и готово дело.

– Скажи своему папе, что есть разница между наказанием и местью.

Отпустив девочку, я сдвинула куфию на подбородок и глубоко вздохнула, прислонившись к стене. «Будь проклято имя султана! Принц Ахмед ни за что бы такого не допустил, будь он правителем». Я не раз видела, как он отдавал другим свою собственную еду.

Разжиться провизией в голодающем городке не выйдет. Изз и Мазз, наверное, сумеют изловить кролика на холмах, а потом… Как-нибудь выкрутимся. У нас неплохо получается, иначе не оказались бы здесь.

Как ни странно, малютка не кинулась бежать, а осталась на месте, с любопытством разглядывая моё лицо.

– Ты Синеглазый Бандит? – вдруг выпалила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Ты пришла спасти нас? Тот генерал так и сказал.

– Что за генерал? – насторожилась я.