Читаем Дань кровью полностью

Саид словно подкошенный рухнул наземь и, бормоча себе под нос молитвы, начал отбивать поклоны. В этот момент он совсем отключился от окружающего мира, но в чувства его привели слова, сказанные шейхом Ибрагимом негромко, но четко и внятно, словно они принадлежали специально для Саида.

— Мухаммад, помоги и просвети разум подданному своему, который тебе последует.

Саид выжидающе напрягся, готовый сделать все, что прикажет ему учитель, ибо понимал, что жизнь его сейчас находится в руках этого маленького, но страшного и могущественного человека. Но шейх Ибрагим, к удивлению, не проронив больше ни слова, поднялся и неспешно мягкой, кошачьей походкой удалился. И снова кровь ударила в голову Саида. Он готов был пойти на преступление, лишь бы раздобыть ятаган. Он рванулся вперед, но… рука Аллаха (а быть может, шейха Ибрагима?) на сей раз уберегла его. Рядом с его ногой, острием воткнутый в каменистую почву, торчал ятаган.

46

Народная мудрость гласит; как встретишь год, так его и проведешь. Как кому, а Балше Балшичу следовало бы прислушаться к этому поверью, ибо 1385 год начался со страшного предзнаменования. Впрочем, этот знак природы мог стать роковым для каждого, верящего в свою судьбу. Но Балша к таковым не относился. Он всегда лез напролом.

1 января 1385 года произошло полное солнечное затмение.

Продолжалась война Зеты с Боснией, начатая еще восемь лет назад и шедшая с переменным успехом. Отдав бразды правления областью старшему племяннику Джюраджу Стратимировичу-Балшичу, сыну Стратимира, по счастию, уродившемуся в отца умом и государственной хваткой, сам Балша Балшич, постаревший и не в меру располневший, полностью переключился на военную сферу, где он был силен и искусен.

Для Зеты наступили нелегкие времена. Косовский властелин Вук Бранкович отобрал Призрен, и свой двор Балше пришлось переносить из этого города в Бар. А тут еще один неожиданный противник объявился — Радич Црноевич, потомок некогда влиятельного при дворе Стефана Душана великаша Джюраджа Илиича. Балшич обратился за помощью в Дубровник, почетным гражданином которого он являлся и которому сам недавно трехтысячным отрядом помог в войне с Котором.

Нужно отметить, что чутье и на сей раз не обмануло Балшича. Помощь из Дубровника пришла вовремя. Ворвавшееся в Зету войско Твртка, которое возглавлял князь Павле Раденович, было встречено во всеоружии. Встреча для обеих сторон оказалась во многом неожиданной. Лазутчики князя Павле донесли, что войска у Балши мало и оружия недостаточно, словом, поход на Зету обещал быть легкой прогулкой. С другой стороны, князь Павле собирал войско свое настолько тайно и быстро, что этих сборов не смогли вовремя обнаружить лазутчики Балши. Когда же, наконец, боснийское войско пересекло границу Зеты, то наткнулось на хорошо вооруженное и готовое к битве войско зетчан, не ожидавшее, однако, врага.

Первым оправился от шока Балша Балшич. Он самолично возглавил войско и повел его в бой на непрошеных гостей. Боснийцев было больше, но фактор неожиданности сделал свое дело. Раденович был наголову разбит, и теперь уже условия войны диктовал Балша. Он, можно сказать, на плечах у Раденовича ворвался в Конавле и готов был тут же захватить Требине. Но ворота крепости успели вовремя закрыть.

Для Твртко поражение было сейчас недопустимо. Оно могло роковым образом повлиять на его игру, затеянную на противоположной границе его королевства — в Хорватии и Венгрии. Хорватская партия все усиливалась, и ее ставленник Карл из Драча готовился занять венгерский престол. Поражение же в войне с Зетой сводило на нет все усилия Твртка. И вот уже Радич Санкович в качестве королевского посла умчался в Венецию. Венецианский дож, памятуя об услуге Твртка в недавней войне с Венгрией, согласился сыграть роль посредника между Боснией и Зетой.

Поначалу Балша и слышать ничего не хотел о мире с Твртком. Он понимал, что война с Боснией бессмысленна и может продолжаться до бесконечности. Но он также понимал, что усиление Твртко на севере приведет его к успеху и на юго-западе, то есть в Зете. Поэтому важно было использовать благоприятный момент и окончательно разделаться с королем. И никакие уговоры Джюраджа Стратимировича на него не действовали.

Так бы и уехали венецианские послы ни с чем, если бы в последний день августа Балше не доложили, что по направлению к Зете движется сорокатысячное османское войско под командованием прославленного полководца Эфренос-бея. Балша тут же приказал воеводам собирать рать, а Джюраджу, племяннику и соправителю своему, велел позвать венецианцев.

Естественно, война на два фронта Балше была невыгодна. Сейчас он готов был вернуть Боснии даже Конавле, лишь бы заключить прочный мир, ибо Балша понимал, что если османы направились к нему в гости, с пустыми руками они не уйдут. И борьба с ними может продолжаться долго. Один на один он с ними не справится. Придется искать союзников. И помимо князя Лазаря Хребеляновича или Вука Бранковича, таким союзником может стать даже Твртко. Общая беда в состоянии сплотить и непримиримых врагов.