Читаем Дань кровью полностью

Совершив молитву, которую провел сам патриарх, Твртке с Доротеей остановились каждый у своего трона, установленного перед алтарем: Твртко справа, Доротея по левую руку от него. Царствующие супруги оба были одеты в шелковые платья с бархатной мантией. Важно, неторопливо к Твртку подошел патриарх и возложил на голову бана золотую диадему, а в правую руку вложил ему скипетр. После этого, воздев очи горе, старческим, но еще крепким и уверенным голосом Ефрем прочитал подобающую в таких случаях молитву. Дождавшись конца, Твртко встал и снял с головы диадему, отдав ее прислуживавшему патриарху дьякону. Патриарх помазал ему чело святым мирром, благословил и воскликнул:

— Да будет свет!

— Да будет свет! Да будет свет! — тут же подхватили присутствующие при коронации архиепископ, епископы и другие священнослужители.

По молчаливому знаку патриарха прислуживающий дьякон протянул ему поднос с восьмигранной короной с закрытым верхом, украшенной алмазами. Патриарх бережно, двумя руками взял корону, поцеловал ее и возложил (теперь уже королю) Твртку на голову.

— Достоин! — снова воскликнул патриарх.

И снова святые отцы подхватили:

— Достоин! Достоин! Достоин!

С хоров отозвался хор монахов:

— Словно царя, вознесем того, кого невидимо носят крылья ангелов…

И все присутствующие запели «На многая лета…».

Твртко сошел с трона, взял у дьякона другую, меньшую по размерам, корону и возложил ее на голову Доротеи. Песня постепенно затихала, и, наконец, патриарх взошел на амвон и поднял золотой крест, украшенный жемчугом и бриллиантами, которые сверкали подобно божественному нимбу, переливаясь в пламени многочисленных свечей. Благословив короля, королеву, всех священников, великашей и остальную властелу, патриарх начал свою длинную речь.

— Все мы сейчас являемся свидетелями рождения нового короля. Богоугодный и радетельный раб Божий Твртко, благодаря своей способности и мудрости, смиренности и богопочитанию, на глазах наших из скромного бана вырос до короля всей Боснии, Сербии и Поморья и западных стран. Священная коронация совершена в славной церкви Милешево над гробом святого отца нашего, святого Саввы. Коронация и миропомазание совершено по законам и порядку святой православной церкви.

Богу было угодно прибрать к себе боголепого императора нашего Стефана Уроша Неманича, не дав ему наследников ни по мужской, ни по женской линии. С его смертью оборвалась прямая нить Неманичей, более ста лет восседавших на священном троне Сербского государства. Есть еще, правда, прямой наследник царя Симеона, Душанова брата, однако он избрал путь, далекий от бренности мирского бытия, и решил посвятить себя служению Господу Богу нашему. А потому единственным потомком Неманичей на земле Сербской и Боснийской является благоверный Твртко Котроманич, праматерь коего была единокровной дочерью короля Стефана Драгутина. Посему Бог и одарил его двукратным венцом монарха, дабы правил он в двух королевствах: в богодарованной ему исстари земле Боснийской и в Сербской земле, принадлежавшей по закону прародителям его, дабы не иссякла этим лоза Неманичей.

Да будет король Твртко праведным правителем, прислушивающимся к добрым советам святых отцов наших! Да будет церковь наша хорошим подспорьем государю! Наша святая православная церковь никогда не пыталась посягнуть на власть, выходящую за пределы церкви. Государь и далее может быть уверен в этом.

Так пожелаем же доброго здравия, счастия и мудрости королю Твртку I, королеве Доротее, а также всей уважаемой и добродетельной властеле, живущей в нашей милой отчизне. Да цветет на этой земле любовь и братство всех народов! Пусть сосед не возненавидит соседа, пусть исчезнут черная зависть и злоумышление!

Давайте скажем нашему королю и нашей королеве: здравствуйте многая лета!

Все присутствующие снова запели «На многая лета…».

Король и королева медленно двинулись к выходу. За ними по парам выстроились все гости. Поздравления и целования начались только во дворе.

Пиры и торжественные приемы продолжались три дня. Затем гости начали друг за другом разъезжаться. Князь Лазарь, Вук Бранкович и братья Мусичи отправились в обратный путь вместе. Молодые Вук и Мусичи вырвались немного вперед, чуть позади ехал князь Лазарь. Он понимал, что у молодежи после этой коронации возникло немало вопросов, на которые им хотелось бы ответить самим, без него. И он с удовольствием отстал от них, улыбаясь чему-то, известному только ему. Влажный ноябрьский ветер приятно холодил щеки и шею, играя с длинными, начинающими седеть волосами.

Метрах в пятидесяти от князя Лазаря ехала карета, окруженная со всех сторон плотным кольцом ратников из личных дружин четырех великашей. В карете ехали княгиня Милица с дочерью Марой, женой Вука Бранковича.

— И все-таки, я не понимаю князя, — произнес Стефан Мусич. — Зачем он отдал корону Сербии Твртку?

— Ты думаешь, что он отдал корону лишь три дня назад? — возразил Лазарь Мусич, тезка и любимый племянник князя, а также его крестник. — По-моему, это произошло гораздо раньше.

— Когда? — снова спросил Стефан.