Читаем Дальневосточный штиль полностью

Взгляд Олега упал на противника, стоящего на противоположном конце плаца и поглаживающего шею лошади. Правда, как животное могло чувствовать ласку, оставалось загадкой — все его тело покрывали идущие внахлест тускло-серые пластины брони, не оставляющие буквально ни сантиметра незащищенного пространства. Единственными цветными пятнами на ней были глазницы, отверстие для дыхания и несколько полудрагоценных самоцветов, соединенных друг с другом сверкающими на солнце серебряными энерговодами, замаскированными под декоративные узоры. Благо ювелиры и артефакторы одну-единственную монету из благородного металла могли растянуть в тончайшую нить длиной никак не меньше пары километров.

Броня коня и сама по себе вряд ли бы сдалась простому ручному оружию, а вместе с магическим щитом вообще ничуть не уступала той, которая шла в этом мире на обшивку бронетехники. Единственным ее минусом являлся совершенно непомерный вес, но выведенное химерологами создание при условии регулярной и обильной кормежки могло неделями таскать на себе такую ношу, от которой простые кони сдохли бы уже на следующий день, если не раньше. Под стать бронированному до гривы животному оказался и хозяин. Толстые даже на вид пластинчатые латы защищали тело, глаза прикрывала прозрачная пластина зачарованного хрусталя, за спиной виднелся грандиозных размеров дробовик, а к поясу прицеплены длинная сабля и аж четыре гранаты.

Подпоручик то ли хотел покрасоваться перед публикой, то ли привык серьезно подходить ко всем своим дуэлям, а потому собрался как на войну. Вот только сразу становилось понятно, что на настоящей войне он не был — гранаты оказались точно того же типа, что и выдававшееся двадцать второму десятку старье. А любой участник боевых действий с его возможностями после первого же боя вывернулся бы наизнанку, но приобрел нормальные взрывные устройства, а не эти пустотелые ядра с фитилями. Гишневский, видимо, почувствовал, как на него кто-то нагло пялится, поскольку поднял глаза, увидел своего противника, расплылся в злой улыбке и многообещающее чиркнул пальцем по горлу.

«Сама драка начнется минут через пять. Пока все зрители соберутся, пока нас барьерным куполом оградят, пока кто-нибудь из попов для порядка попробует примирить дуэлянтов… За это время мне нужно что-то придумать…»

Олег лихорадочно перебирал имеющиеся возможности и с каждой секундой все больше и больше зверел от своей ограниченности. Нет, если бы у него было время, то он бы сделал против тяжелобронированной цели настоящий противотанковый фугас. Может быть, даже управляемый и летающий — уж ради такого случая разорился бы на подходящие магические материалы. Состряпать яд для противника целитель тоже мог, пусть до настоящего алхимика ему было очень и очень далеко. В конце концов, пули зачаровал бы для своего револьвера, чтобы те имели реальные шансы пробить магический щит и металл брони!..

«У меня будет только тридцать или сорок секунд на сами боевые действия. Максимум — две или три минуты, но для этого либо мне должно повезти, либо Гишневский должен захотеть покрасоваться».

Время истекало, а Олег старательно перебирал варианты, базирующиеся лишь на использовании его магического дара, недавно полученного артефакта-накопителя, револьвера и палаша. Таковых насчитывалось, увы, немного. Совсем.

«В целительские заклятия вкладывать при помощи жезла большие объемы энергии почти бессмысленно, их эффективность от этого едва-едва растет. Да и радиус действия у паралича, расслабления сфинктера или там остановки сердца крайне маленький, а время срабатывания, наоборот, больше, чем хотелось бы. Допинг мог бы помочь, но если я усилю себя до способности напинать носорогу и ускорюсь до состояния, в котором можно оборвать комару лапки на лету, то после драки, без полноценной реанимационной терапии, скорее всего, сдохну от множества микротравм. Окажут мне такую? Не думаю…»

Не без некоторого внутреннего напряжения Олегу пришлось отказаться от использования той школы магии, которой он владел на уровне выше среднего.

«Лучше всего за счет дополнительной мощи масштабируются стихийные заклятия, примером чего является вчерашний салют огненными мячиками. Вот только выдать сплошную струю по-настоящему высокотемпературной плазмы я даже с батарейкой не сумею. А сквозь почти обычное пламя любой витязь проскачет за несколько секунд, отделавшись проседанием щита и, может быть, легким нагревом брони. Смерть? Эта дрянь в достаточной концентрации пробьет барьеры, но я раньше самого себя прикончу, чем сумею поток некроэнергии подобной мощи обуздать. Астрал? Даже не смешно. Телекинез? Ну, его усилить можно, но опять же не до уровня выдирания из земли пары кубометров грунта и забрасывания ими противника. Вот если бы нашлись снаряды, причем зачарованные…»