Читаем Дальневосточный штиль полностью

Во втором доме, вывесившем на ворота белую простыню, Олег пробыл намного меньше, чем в первом. Нет, народа там было много, и к своему здоровью они относились серьезно… Вот только в числе первоочередных мер борьбы с паразитическим лишаем выбрали прикладывание иконы к пораженным местам. Одной и той же иконы, что касалась и больных, и тех, кто пока еще мнил себя здоровыми! Нет, вокруг доски с нанесенным на нее образом какого-то великомученика боевой маг улавливал легкие токи энергий. Подобная вещь в доме, скорее всего, неплохо предохраняла от гриппа и прочих не особо тяжелых хворей. Однако против магически модифицированного паразита ее эффективность являлась совершенно точно недостаточной. Обезболивающие и общеукрепляющие настои у богобоязненных мещан оказались свои, и Олег лишь ограничился раздачей мази. На сей раз — на основе мышьяка. А потом вышел за ворота и выпустил в небо слабенький огненный шар, привлекая к себе внимание.

— Здесь больны все! — прокричал он снизившейся до высоты всего-то двадцати метров летающей лодке. Блоха так высоко не прыгнет, да и крыса не забежит. Из возможных разносчиков инфекции оставались разве только голуби, но магически модифицированные болезни редко могли жить на оперении птиц. Создавшие их чародеи были редкостными уродами, но все же не дураками. Полные идиоты просто не могли заниматься столь сложной и тонкой работой по изменению живых организмов. — Объявляю дом карантинным! Никто не должен входить и выходить! Проследите особо!

— Посмотрим, что можно сделать! — крикнули в ответ с высоты. — Но вообще-то вас таких там на земле много, а я тут практически один… И разорваться у меня не получится, следовательно, облегчить работу смогу лишь кому-то одному из вас. Понимаешь, к чему речь веду?

— Лови! — Подкинутые вверх монеты, полученные в первом доме, пролетели немного в стороне от своей цели, но как магнитом притянулись в руку аэронавта. О происхождении денег Олег решил умолчать. Если вымогающий взятку чародей заразится, несмотря на обработку монет огнем, то так ему и надо. Интересно, а если бы в этом мире получили широкое распространение бумажные облигации, не способные пережить знакомство с очищающим пламенем, летун бы рискнул вымогать деньги у целителей, занимающихся борьбой с эпидемией, или инстинкт самосохранения все же одержал бы победу над жадностью? — Что слышно про помощь? Будет хоть кто-нибудь?

— Монахи из какого-то скита вроде завтра объявятся. Больше ничего не знаю! — Ответ Олега не то чтобы совсем не порадовал, но и не огорчил. Хоть он и недолюбливал святых отцов, но признавал, что те способны как никто другой умиротворять народные массы. А в охваченном мором городе вероятность беспорядков следовало признать высокой. Да и в целительстве люди божьи, как правило, разбирались хотя бы на минимальном уровне. От бригады магов-эпидемиологов было бы больше пользы, но где их посреди Сибири в требуемом количестве взять? Разве только архимагистр из столицы через свой портал приведет.

В третьем доме, куда он вошел, поприветствовать целителя было некому. Слегка покосившееся и потемневшее от времени строение, явно знававшее лучшие дни, оказалось брошенным. Хозяева из него куда-то сбежали, а причина этого лежала в сенях на лавке и признаков жизни не подавала уже как минимум час. А может быть, и больше.

«Судя по одежде — женщина. Скорее всего, пожилая или старая, на непораженных участках кожи характерные морщины и пигментация проглядывают. Ослабленный в связи с возрастными изменениями иммунитет способствовал быстрому развитию болезни или есть иная причина? Поза свидетельствует, что тело после смерти не трогали; на лице гримаса страдания; руки, судя по следам на коже, сильно скребли грудь… — принялся Олег деловито осматривать покрытый плотным слоем серо-зеленого налета труп, старательно преодолевая брезгливость. В немалой степени помогало в этом, что ворочал тело телекинезом. И даже нож, делавший разрезы для взятия образцов, держал отнюдь не рукой. — Следов обширного истощения не вижу. Ускоренного некроза тканей, характерного для резкой потери большей части жизненной энергии, тоже не наблюдается. Глубина проникновения мицелия — до полутора миллиметров. Внутренние органы, кажется, в порядке. Не от выделения побочных продуктов жизнедеятельности лишайника она умерла, ну или симптомы отравления уж очень незначительные. Так, ну и что теперь делать?..»