Читаем Чудачка полностью

Ника положила трубку. В недоумении и раздумьях я положила телефон на стол. Мне нужно было убрать жижу с пола, ибо она меня напрягала до безумия. Но стоило мне залезть в шкаф, я забыла, чего я хочу. Вместо этого я достала кружку и заварила себе кофе. Постепенно размышления на тему внезапного завершения разговора с Николь стала постепенно мною забываться, и вместо того я наслаждалась вкусом кофе- и забыла бы совсем, если бы не стук в окно. Моё сердце в тот момент ушло в пятки, и испуганно я подлетела к окну. То, что я там увидела, не поддавалось никаким объяснениям: на улице стояла Ника. И я замерла. Казалось, время попросту остановилось. Был только миг, когда наши взгляды встретились… но это время прошло быстрее, чем хотелось бы. Николь вновь забарабанила в окно, и это вновь привело меня в чувства.

Надо было сделать так, чтобы Ника ушла. Нельзя подвергать её опасности. Эти мысли не давали мне спокойно пустить Николь в дом через окно. И я показала жестом Нике, чтобы та отошла, и лишь после этого открыла окно, выкрикнула:

– Николь, я заразна!

– А вот и нет! – сказала Ника, словно дразня меня.

– ХИМИЧКА ТАК СКАЗАЛА! НЕ Я, НИКА! КАК ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТОГО ПОНЯТЬ? Я БЫ С РАДОСТЬЮ ПООБЩАЛАСЬ БЫ С ТОБОЙ… НО НЕЛЬЗЯ, ПОНИМАЕШЬ, ЧУДАЧКА?! НЕЛЬЗЯ, СЛЫШИШЬ?! УХОДИ, ПОКА НЕ ПОЗДНО!

– Химичка?! Она сказала, что ты можешь накинуть на рот какую- то повязку, и… мы сможем видится! Я слышала!

– Только час.

– Не важно… хоть пять минут, и я буду счастлива, Олеся…

– Чудачка… я не могу подвергать тебя опасности.

Я захлопнула окно. От этих звуков моё сердце вздрогнуло, и будто бы остановилось. Неистово сильная боль пронзила всё моё тело. Электрические разряды пробежали по телу. Плевать- пусть Николь обижается. Мне всё равно. Я переживу эту боль, но я никогда не прощу себе того, что Ника заболеет. Я не хочу этого. Но я так люблю свою чудачку, так хочу, чтобы она была рядом со мной… но я не хочу, чтобы она умерла. Всё- таки, моя любовь должна проявляться не в желании пообщаться с Никой, а в том, чтобы сделать её жизнь лучше. Если Николь заболеет- я не переживу этого.

Я села на пол и заплакала под звуки ударов в окно. Мне казалось, что через секунду последнее разлетится на мелкие кусочки, и каждый раз, когда Николь стучала в окно, я чувствовала, как моё тело охватывает мучительная, адская боль. Я зажмурилась и зажала руками уши. Голова страшно пульсировала. Мне было больно… очень больно.

Я потеряла счёт времени, пока слышала стуки в окно. Время словно замерло, остановилось. Была лишь боль и невыносимая, гнетущая печаль, которая заставляла моё сердце сжиматься. Даже через закрытое окно и уши я слышала крики. Это кричала моя чудачка… она точно обидится на меня. Но я люблю её. Не могу впустить… но я умирала от боли, такой ужасной и страшной, что по моим щекам катился водопад слёз. Эта боль убивала меня, в живот словно ударялась стая бешеной саранчи, бьющейся в агонии. Если бы Ника только знала, какую ужасную, адскую боль мне причиняло то, что я не впускаю её… но я должна была. Именно в этом должна проявляться моя любовь. И я не сдамся.

Глава 14 Цветок и доктор

Не знаю, сколько времени прошло с того момента, как я потеряла сознание. Был уже вечер, и я помнила лишь стуки, отдающиеся эхом в моих ушах. Ника… она больше не стучала в моё окно. Видимо, поняла, что это бесполезно…

Растерянная, я решила пойти на кухню. Накинув на себя шарф, я медленно направилась в кухонную комнату. Каждый шаг причинял мне ужасную, сильную боль. Я не чувствовала своих конечностей. Я не понимала, является ли это симптомом, или же нет- и это было не так уж и важно. Я не могла прийти в себя после того, что случилось. Любое воспоминание о Нике ударяло в мою голову с такой бешеной силой, что, казалось, она начинала разламываться. Но эти воспоминания приходили сами, и они щипали мои глаза.

– Олеся, милая моя, что произошло?!

Моя мама подбежала ко мне, как только я вошла в кухню. Как зомби я прошла к холодильнику, пытаясь отогнать от себя давящие на грудь мысли о Нике. Но мама не думала отпускать меня. Она крепко сжала мою руку, а затем произнесла:

– Объясни мне, что произошло. Почему она снова была здесь?! Почему ты ей звонила? Мы же договаривались, понимаешь?

– Мам… не сейчас… у меня всего час… и я могу заразить тебя.

– НЕТ, ОБЪЯСНИ!

– Мне больно, мама… я хочу спать.

– Больно! Да… ты понимаешь, что… что…– моя мама, кажется, сгорала от ярости.– Что вся твоя болезнь из- за того, что ты лесбиянка! Если ты этого не поймёшь, я запру тебя на чердаке! Без телефона и прочих развлечений, слышишь?!

– Мам… я клянусь, что забуду её.

Слёзы наворачивались на глаза. Где- то в груди появился ком из всех самых неприятных чувств, которые вообще существовали когда- либо.

Я попыталась вырваться, но мама, казалось, приклеила к себе мою руку. Она впивалась своими ногтями прямо мне в кожу. От боли кружилась и болела голова, но я была полностью беззащитна перед своей мамой, и единственное, что мне оставалось, это…

– ПУСТИ!– закричала я и вновь попыталась вырваться.