Читаем Чудачка полностью

– Ника… Ника… Ника…– шёпотом произносила я, как только поняла, что больше не могу кричать.– Как же мне будет тебя не хватать… я так люблю тебя… но неужели я не скажу тебе этого больше?! Почему жизнь так жестока?! Почему она заставляет меня рыдать навзрыд?

Я прислонилась к стене и обхватила свою голову руками. Нужно было что- то придумать. Нельзя было смириться с происходящим… но что?! Что можно было сделать…? В мою голову ничего не приходило. Лишь пустота. А перед глазами стояла Николь. Та, кто сегодня оклеветала меня, но… но… но без неё я не чувствовала себя. Не чувствовала, что я нужна кому- то в этом мире, и я не могла даже представить того, как я буду жить без Ники. Яркая вспышка воспоминаний нахлынула на меня. Эти зелёные глаза, губы… я до сих пор помню наш первый поцелуй. До сих пор ощущаю то, как люблю её, как не могу жить без неё… словно поцелуй вновь увлажнил мои сухие губы… я не могу… я не хочу терять Николь… она прикасается ко мне и нежно гладит по щеке. Я знаю, что это воспоминания. Фантом. В реальности этого не существует… но мне плевать. Я готова чувствовать эти прикосновения целую вечность… так почему сегодня они вызывают у меня ничего, кроме боли…?

Вновь слёзы потекли по моим щекам. Воспоминания плыли перед глазами, раня меня, словно тернии. Я вспомнила, как мы с Никой впервые познакомились. Я улыбнулась, после чего ощутила во рту горький привкус суровой реальности… нет, я хочу жить в этих воспоминаниях вечно. Всю свою оставшуюся жизнь.

Из воспоминаний о Нике, долгих и прекрасных в своём совершенстве, меня выдернул голос мамы, оповещающий о том, что она приехала. Как только я перестала думать о Николь, моё тело пробрал странный холод. Но нужно было идти к маме, дабы она не переживала за меня… и я, вытерев слёзы, пошла к своей матери, чтобы сказать ей о том, что я дома, и чувствую себя относительно нормально.

Придя в коридор, я увидела маму, снимающую с себя верхнюю одежду.

– Привет. Ты чего меня увидеть захотела? Соскучилась?!– спросила я и улыбнулась. Правда, улыбкой назвать это можно было с трудом.

Мама повернулась ко мне и прижала меня к себе.

– Соскучилась.– согласилась со мной она.– А что? Я не могу соскучиться?! К тому же, мне рассказали про… про лютоко… лютоковый…

– Лютововый цветок?!– молвила я.

– Да, да. Он вроде тебя от твоей болезни излечит.

– Так это же я подслушала! У меня ещё одна запись есть… правда, она тебя не обрадует…

– Если не обрадует, давай через часа два… это же не критично, верно ведь?

Я кивнула.

– Мам… а папа скоро будет дома?!

– Конечно, милая. Он сегодня задержался на работе. Через час уже будет тут. Так, я готовлю на стол, а ты отдохни. Сейчас тебе нельзя напрягаться.

Мы зашли в кухню, и я послушно уселась на диван, смотря на то, как мама аккуратно режет салат. Меня всегда удивляли её поварские способности, в большей степени потому, что её работа не имела никакого отношения с готовкой каких- то блюд. И мы бы так и сидели молча, если бы не нарушивший тишину голос моей мамы:

– Как у тебя дела в школе?!

– Нормально…– сказала я.– Совсем не кашляла. Парик мне оказался не нужен… с Николь сегодня поссорились, но потом помирились!

Моя мама замерла на секунду, а потом спросила, повернувшись ко мне:

– С КЕМ?!

– С Никой. Ты же её знаешь!

– Я запретила тебе с ней общаться! Ты испортила мне всё настроение, Олеся! Теперь я… я… я… я очень расстроена!

– Я не могу побороть любовь. Это попросту невозможно!

– Это не любовь, а болезнь.– отрезала моя мама и, отвернувшись от меня, продолжила резать салат.

Глава 13 Неожиданная встреча

После того, как моя мама обесценила мою любовь к Николь, я готова была заплакать от обиды. Беззащитно оглядывая комнату, я искала в своей голове хотя бы небольшое количество аргументов. Но, очевидно, мама нашла их раньше, чем я.

– Олеся, не обижайся. Потом, в будущем, когда ты вылечишься, милая, ты скажешь мне «спасибо» за то, что я тебе посоветовала. Я отныне точно запрещаю тебе общаться с Никой. Ты выздоровеешь от своего вируса… и от грязной любви. В общем, милая моя Олеся, ты больше не чмокнешь свою подружку…

Моей маме будто бы нравилось смотреть на мои мучения. Уверена, ей бы хотелось глядеть на это ещё больше, если б не то, что я возразила маме в ответ:

– Я больше и не увижусь с Николь.

– То есть?!

– Мама, мой вирус… он может распространяться… с завтрашнего дня… понимаешь?! Я не знаю, что мне делать!!!

– Олеся… ничего страшного. Когда придумают вакцину, ты будешь такой же, как раньше.

– Я знаю. Но её не придумают. Цветок распустится через три дня.

– Мы придумаем что-нибудь. Ты не должна умирать.

– Знаю. Но придётся.