Читаем Чудачка полностью

Не желая усложнять ситуацию, я кивнула. Николь нерешительно взяла в руки мел и начала писать решение задачи своим мелким, почти не разборчивым почерком. Но я понимала всё, что она писала. Её руки непрерывно писали на школьной доске… мне вновь хотелось взять их в свою хватку, прижать к себе и поцеловать… мне вновь хотелось почувствовать её губы, ощутить то, как её язык скользит по моей губе… либо мой- по её. Хотелось вновь увидеть её глаза, сияющие, как два бриллианта, такие бесценные- но такие сложно добываемые… страсть охватила меня с ног до головы. Я уже еле держала в руках ручку, сгорая от безумного желания вновь прижать к себе Нику и увидеть её улыбку. Я не могла дождаться перемены. Казалось, я умру, если хотя бы один день не буду думать о Николь…

– Олеся, ты решаешь задачу?! Ты следующая! Ника вот уже решила свой номер! Быстрее! Надеюсь, что ты решишь.

Упоминание о Николь заставило меня посмотреть на её парту. Девушка сидела рядом с Машкой… они смеялись, смотря какие- то видео… и я остановилась. Да и время… тоже. Они хихикали. С Машей Ника была так счастлива, так радостна! А со мной она делила лишь свою печаль… не знаю, что я тогда испытывала. Боль, тоску, злость, растерянность…? Все чувства как будто перемешались, превратившись в один комок, который застрял в моей груди… Дыхание перехватывает, и я не понимала, что нам делать дальше, без этого человека- без Николь? Как жить, когда часть тебя, твоей души, сердца ушла… просто опустела, отмерла? Как заполнить пустоту, которая поглотила меня?! Говорят, что время лечит, что все проходит и забывается.… А разве это так…? Одиночество изрядно выматывало меня, и мне казалось, что слёзы вот- вот брызнут из глаз… но ведь Николь не так уж мне и близка! Положим, я знаю, что Николь красива, что она любит свою некоторую слабость и хочет, чтобы её как- то поддержали, что она девушка, чья душа наполнена страхом и волнением, знаю даже больше, – знаю ласковые слова Николь, знаю, как она целуется, знаю немного привычек и ситуаций из её жизни… Ну, а больше? А что ещё я знаю о Николь? Известно ли мне, какой след оставили в её сердце и уме её прежние увлечения, прошлая школа, в которой она училась- или же её отношения с родителями? Могу ли я отгадать у неё те моменты, когда Ника во время смеха внутренне страдает, или когда наружной, лицемерной печалью прикрывает злорадство, а радуясь, думает о том, как сбежать или перестать волноваться?! Как разобраться во всех этих тонких изворотах чужой мысли, в этом безумном урагане чувств и желаний, который постоянно, быстро и неуловимо несется в душе той, кого я, казалось, знаю целую вечность?! Возможно, Маша отгадала в ней то, чего не могла узнать я?! Может быть, это даже к лучшему? Вдруг Ника так счастлива?!

Но… мне всё равно до безумия больно. Больно настолько, что я чувствовала, как этот яд одиночества и ревности иглой впивается в моё сердце…. Так, что я готова разрыдаться на месте. Да слёзы уже щипали мои глаза. Не знаю, сколько я так ещё продержусь- да и думать об этом мне совсем не хотелось. Я, как заворожённая, смотрела на то, как Ника и Машка переговариваются, делая так, что мне становилось всё больнее и больнее, но было не понять, когда эта боль должна была достигнуть своего пика.

Перестать глядеть на соседок по парте мне помогла учительница математики. А, точнее, её грубоватый и строгий голос, зовущий меня решать семьсот первый номер.

Искренне благодаря учительницу, я, держа в руках учебник, медленно направилась к доске. Было волнительно решать что- то на оценку, но это могло отвлечь от печальных мыслей- и я шла смелее, надеясь на то, что отвлекусь от тревожных размышлений на тему улыбок Машки и Николь.

Я решительно писала пример у доски. Мел писал так хорошо, как никогда раньше, и я, словно высший математик, писала, не останавливаясь. Хотелось выплеснуть в цифры всю свою боль, желание впиться ногтями в горло соперницы, вставшей у меня на пути. Но задача закончилась, и я, отряхнув руки от села, пошла за свою парту.

– Видишь! Ты всё решила! Без проблем! – произнесла математичка- учительница математики.

Я кивнула.

Долгожданный звонок прозвенел достаточно скоро. Решительно я направлялась к парте Николь. Хотелось задушить свою соперницу, но я бы не смогла расстроить Николь… поэтому просто решила поговорить с последней, не выдавая того, что меня переполняет адское и мучительное чувство ревности, которое, как ураган, сносило всё, что видело на своём пути… но я не хотела, чтобы моих чувств кто-то видел. Полагаясь на свои ощущения, я думала, что Николь, увидь она то, что я чувствую, явно не стала бы счастливее. Поэтому, натянув на себя улыбку, я быстрым шагом направлялась к парте Николь.

– Привет, Олесь!

– Привет, Маш. Ты же не против, если я ненадолго отведу отсюда Нику?

– Гм… слушай, Ника- не моя собственность. Спроси у неё сначала! А я… я- то тут причём. Захочет идти- пусть идёт! Сейчас… – девушка повернулась к Николь.– Ник, Ника! Подруга, тебя тут Олеся зовёт!

– Олеся?!– послышался мягкий и тихий голос Ники.

– Да. Ты же её знаешь!!!