Больше Джон не трогал Мариэль, не заговаривал с ней на эту тему, старался оставить её наедине с собой. Они с ней почти не виделись в эти дни, Джон считал, что он сказал все что думал и теперь все зависит только от мудрости его сестры. А Мариэль внешне уже была спокойна, она подолгу гуляла в окрестностях поместья. Больше всего ей не хотелось думать о последней сцене с Орландом и о её причинах. В основном она вспоминала далёкое прошлое, свою жизнь до этого мира, свои мечты, затем свою первую встречу с седьмым лордом, его страшные превращения, мир теней в который она отправилась ради него, вспоминала своего сына — в такие моменты лицо её оживало. Касаясь ладонями шершавых стволов деревьев, Мариэль ощущала их тепло, идущую от деревьев миролюбивую энергию и слушала, о чём шепчутся засыпающие деревья, слушала беспокойный и прощальный гомон перелетных птиц. Окруженная со всех сторон природой на душе у неё становилось легче и светлей, надежда пробивалась в её сердце, как пробивалось осеннее солнце сквозь голые ветви деревьев. Прозрачное голубое небо, такое чистое и бескрайнее — окрыляло, а теплые солнечные лучи ласково согревали огорченное сердце. Эти несколько дней, которые показались для неё вечностью, прошли, и наступила дата свадьбы Нила, назначенная Ваасом.

Глава 22

— Почему я туда иду, сама не знаю? — тихо возмущалась Мариэль.

— Почему, почему, потому! Потому что этим ты выражаешь своё уважение охийскому правителю и его брату. Они вроде не чужие нам теперь, Мариэль, они наши друзья, почти родственники! — воспитательным тоном произнес Джон. — О, боже, Мариэль! Ты что собралась это надеть? Ты же не на похороны идешь, а на свадьбу. Немедленно выбрось это, и где ты только взяла это платье?!! — он открыл сундук и, порывшись в нём, достал другое из золотистого шелка. — Одень это, не забывай кто ты! Азаронская королева должна блистать, что бы ни творилось у неё на душе!

— И когда это ты стал таким убежденным франтом, Джон? Я тебя не узнаю, — проворчала Мариэль и всё-таки послушно надела предложенное братом платье, изысканные драгоценности, уложила свои красивые волосы, но корону надевать не стала, как Джон не возмущался.

— Это уже будет слишком! На мне и так килограмм золота и драгоценных камней. Сегодня я не официальное лицо, а просто гость, добрый друг, отстань от меня, Джон. Боже, как мне не хочется туда идти!

Вопреки своему желанию остаться Мариэль в назначенный час отправилась с Джоном на праздник.

Казалось, благородные охийцы и не покидали Охан, на этом пиру, который давал Ваас в честь брата, их было столько же, как и на предыдущем празднике, нехватало только дивийцев и хатов. А так всё то же скопление знатных охийцев, метушня слуг, ржание лошадей, звуки музыки.

Первый лорд с удовольствием встречал прибывших гостей, по-братски обнимая Джона. Правда, он немного сконфуженно улыбнулся, глядя на Мариэль. Она удивленно подняла брови, вопросительно взглянув на него своими синими глазами.

— Видишь ли, Мариэль, сегодня будет не только свадьба Нила, но и новые помолвки, расторжение неугодных браков. Я всё-таки решился разорвать свой брак ради моих будущих детей. Сегодня так же и седьмой лорд должен будет вынести своё решение, потому что остальные лорды настаивают на этом и я в принципе тоже. Это должно будет произойти после обручения Нила и праздничного пира, я и Орланд выступим перед охийской знатью. Орланд конечно всегда плевал на мнение других людей, но его обязывает его положение и титул, да и подрастающий наследник Ихтара должен перенять от отца хорошую репутацию.

— Ты же уже говорил мне об этом, зачем снова повторяешь? — резко спросила Мариэль.

Ваас пожал плечами и удивленно посмотрел на Джона, тот только беспомощно развёл руками.

«Никто, ни одна живая душа не должна заметить, что меня это волнует и расстраивает. Пускай все думают, что я даже рада этому расторжению. Азаронская королева не станет лить слёзы перед охийской знатью!», — думала про себя Мариэль.

Она мило отвечала на приветствия, шествуя с гордо поднятой головой. Теперь, когда она стала королевой, не каждый благородный охиец решался пригласить её на танец. Не было уже рядом Нила, который мог танцевать только с ней весь вечер, Ваас был слишком занят предстоящей церемонией, поэтому Мариэль принимала только редкие приглашения лордов и сегодня танцевала с притворной радостью. Она старалась не замечать мелькающую то тут и там фигуру Орланда, который совершенно не обращал на неё никакого внимания, даже головы не поворачивал в её направлении когда, иногда танцуя в паре с другой, он находился совсем рядом с ней. Можно было протянуть руку и коснуться его, но седьмой лорд ни разу не взглянул на неё. Так прошел час, за ним другой и ни одного взгляда между ними, ни одного жеста, ни одного случайно брошенного слова, стена между ними достигла своей предельной величины и прочности.