Читаем Череп императора полностью

— И положения не меняли?

— Нет.

— Слышали ли вы, как передвигались люди, стоявшие рядом с вами?

— Нет.

— Какие-нибудь странные звуки?

— Нет.

— Как давно вы были знакомы с убитым?

— Недавно. Познакомился сегодня с утра. Вернее, вчера с утра. Перед отлетом в Россию.

— Хорошо. Подпишите.

— Да, кстати, — словно вспомнив что-то, добавил Брайан. — Я еще хотел сказать… Илья говорит, что начал двигаться в сторону Шона только после того, как лязгнул топор. Вы знаете… Мне кажется… Извини, Илья, просто мне кажется, что я перестал чувствовать, что ты стоишь рядом со мной еще до этого. По-моему, ты начал двигаться сразу же, как только погас свет. Хотя, может быть, мне это только показалось.

Вот это да! От удивления я чуть не выронил сигарету. Он что — с ума сошел?!

Капитан пристально посмотрел на меня и покусал кончик авторучки. На какую-то секунду мне показалось, что вот сейчас он кивнет замершим у входа ассистентам, и те бросятся на меня. Выпить хотелось страшно.

— Ладно, — наконец проговорил он. — К этому мы еще вернемся. Подпишите вот здесь. «Я, такой-то такой-то, подтверждаю, что владею русским языком в степени, достаточной для понимания заданных мне вопросов». Дата. Подпись.

Убрав исписанный лист в папку, он вопросительно глянул на Дебби:

— Леди?

Дебби пожала плечами:

— Пожалуйста.

— Вы тоже не желаете воспользоваться переводчиком?

— Не желаю. Хотя считаю, что, разговаривать с нами в отсутствие консула Ирландии вы не имеете права.

— Простите, но в Петербурге нет ирландского консульства. За консулом нужно будет посылать в Москву.

— Это не мои проблемы.

— То есть вы отказываетесь отвечать?

— Почему? Просто я сразу вас предупреждаю, что в суде мои показания не будут иметь никакой силы.

— Пока что вы даете показания не в суде. Ваши свидетельские показания необходимы для того, чтобы как можно быстрее и квалифицированнее раскрыть это преступление.

— Я все поняла, — ледяным голосом сказала она. — Вы можете задавать свои вопросы.

Дебби достала из куртки сигареты и закурила. Капитан стенографировал ее ответы: не слышала, не видела, положение не меняла, никого из присутствующих не подозревает. Слушая ее, я с удивлением отметил, что неожиданно она стала говорить с акцентом, явно дурачась и ломая язык. Когда там, в туннеле, она просвещала меня насчет цели своего круиза, то говорила, помнится, без малейшей погрешности. Так, словно прожила в Петербурге полжизни. А теперь… Интересно — она действительно рассчитывает, что если ее показания дойдут до суда, то сможет отмазаться, заявив, что плохо понимает по-русски?

Последним на вопросы капитана отвечал Мартин. Капитан вынул из папки очередной бланк, закурил сигарету и с любопытством глянул на забрызганные сгустками крови джинсы Мартина. Сразу после того, как мы поднялись из туннеля, Мартин начал просить салфетку, чтобы вытереть брюки, но капитан заявив, что брызги — одна из главных улик следствия, — вытирать их капитан запретил.

Точно так же, как и все остальные, ничего особенного Мартин не слышал. Да, лязгал топор о щит, да, свистело в воздухе лезвие, но кто и куда перемещался — извините, не приметил. Темно было.

— Как далеко вы стояли от убитого?

— Дальше всех, — неубедительно взмахнул руками он. — Я стоял за спиной Брайана и Ильи. Самым последним.

Капитан отложил ручку, глубоко затянулся и еще раз задумчиво глянул на его джинсы. Мартин сделал инстинктивное движение, словно хотел прикрыть успевшие почернеть пятна.

— Понимаете, — заговорил он, старательно подбирая слова, — когда все забегали и вы крикнули что-то насчет зажигалки, я бросился вперед. Я хотел посветить зажигалкой, понимаете? Наверное, в этот момент я и забрызгался. Когда я подошел, Шон уже лежал на рельсах.

Капитан продолжал рассматривать его джинсы.

— Поймите, капитан, — почти взмолился он, — я не мог бы добраться до щита, где висел топор, даже если бы хотел. Для этого мне нужно было бы пройти мимо Ильи с Брайаном, а потом Дебби. Они бы почувствовали это. Скажите, ребята, вы что-нибудь чувствовали?

Он умоляюще глядел на Брайана и Дебби, и те пожали плечами в том смысле, что вроде нет, не чувствовали.

— Ну хорошо. — Капитан утопил сигарету в переполненной пепельнице и снова взялся за ручку. — В любом случае джинсы пока не стирайте. Понадобится экспертиза.

Мартин облегченно вздохнул. Капитан дал ему подписать протокол и снял трубку стоящего на столе телефона.

— Тимошенко? Осмотр закончили? Ну и? — Он что-то пометил на листке бумаги и несколько раз помычал в трубку. — Короче. Через… э-э-э… через сорок минут из туннеля всех убираешь, понял? На Центральную позвони — пусть ток дают. Позже семи открываться нельзя. Скандал будет на весь город. Все, отбой.

Он встал из-за стола, с хрустом потянулся и многозначительно глянул на сидевших у двери гвардейцев. Один из них тут же встал и вышел за дверь.