Читаем Человечность нового мира полностью

"Обращение к чисто русскому материалу, - пишет Федин в автобиографии, - после того как все прежние мои романы были, больше или меньше, связаны с темой Запада, являлось не только давно созревшим сильным желанием, но было выражением моих поисков большого современного героя. Когда войной решалась судьба родной страны, еще крепче, чем прежде, упрочилось убеждение, что будущее русской жизни нераздельно с ее советским строем и что истинно большим героем современности должен и может быть признан коммунист, деятельная воля которого однозначна Победе. Главным действующим лицом последних своих романов я и стремился сделать этого героя, показав его становление в дореволюционную пору России и в гражданскую войну".

Третий роман - "Костер" посвящен Великой Отечественной войне, действие его развивается во вторую половину 1941 года и протекает преимущественно в Центральной России. Здесь то же стремление найти "образ времени", создать подлинно историческое произведение.

В "Костре" события 1941 года перекликаются с 1919 годом. На вопрос, обращенный к Федину, почему события гражданской войны вплетаются в совсем иную эпоху, "Литературная газета" получила ответ: "Мне хочется в "Костре" не просто показать картины Отечественной войны, а раскрыть прямую связь между ней и гражданской войной. В девятнадцатом году капитализм наступал на горло революции, в сорок первом он повел наступление на коммунизм. И тогда, и теперь старый мир не хотел отступать перед революцией, а революция не идет и не пойдет на уступки старому миру".

Настоящее перекликается с прошлым для того, чтобы среди бушующих и не желающих смириться чувств пришло к Кириллу Извекову точное осознание случившегося, твердый план действий. Война отчеркнула прожитую жизнь от новой, и ему в эти минуты надо было "решать - что брать с собой из пройденного в эту новую жизнь".

Так голос истории звучит в современности, которая становится исторической. Так обыкновенные люди - "рядовые истории" - становятся ее героями.

И эти "рядовые истории", эти новые герои нового времени - деятели революции в дооктябрьский период, борцы за нее и гражданскую войну и защитники Советской страны в Великой Отечественной войне, по существу, являются защитниками всего человечества от угрозы новой войны. Прежде всего их голоса зазвучали во всем мире, объявив войну войне. Вот главный смысл трилогии, ее историческая правда.

Образ времени, история, правда истории - все эти вопросы глубоко волнуют не только русского, но и зарубежного читателя, находят отклик в сердцах и умах прогрессивных людей всего мира. Во многих письмах из-за рубежа говорилось о том, что романы Федина открывают самые драматические страницы жизни русского человека, неразрывно связанной с историей России.

Зарубежные журналы помещают статьи, посвященные этим вопросам. В некоторых из них Федин отмечает упрощенное, прямолинейное толкование исторического жанра - "образа времени" в художественном произведении. Так, журналу "Нью уорлд ревью" от 28 июля 1961 года он отвечает: "Но я не задавался целью писать историю и почти не описывал событий ради них самих, хотя они играют важную роль. Я посвящал все внимание жизни русского человека на самых решающих переломах истории страны. Это романы русских судеб и - может быть - история того характера, которым стал известен советский человек, выросший из небывалых испытаний народа революцией, войнами, строительством нового мира.

Все три романа объединены в целое героями, проходящими эти испытания. И я хотел бы надеяться, что психология этих героев, в конце концов и есть собственно примета, определяющая жанровое место трилогии в литературе"*.

______________

* Копия письма - в архиве К.А.Федина.

Федина заинтересовала работа французского ученого в университете города Лилля, которая называлась "Становление нового человека в России", и работа доцента университета имени Вандербильта города Нешвиль (Теннесси, США) - "Константин Федин, его жизнь и творчество". С этими, в то время еще молодыми учеными, как мне известно, Федин вел интенсивную переписку. Смысл переписки - единство исторической и художественной правды.

Идейно-художественное содержание романов было продиктовано новым жизненным опытом писателя, теми переживаниями, которые принесла с собой война; вернее, эти переживания и потрясения подняли, раскрыли новую грань столь органичной Федину темы истории.

В одном из писем к читателю Федин говорит об огромном напряжении, с каким он работал над "Необыкновенным летом": "Никогда прежде я так не изнурял, я бы сказал - не истязал себя работой, как нынешним летом (речь идет о лете 1947 года в Переделкине, когда Федин кончал роман. - Б.Б.). Пожалуй, только лето 1924 года было столь же напряженным, когда писались "Города и годы".