Читаем Человечность нового мира полностью

"По-своему" особенно убедительно звучит применительно к искусству, где каждый художник индивидуален. Но даже самая сильная, яркая индивидуальность только тогда подымется на вершину подлинного искусства, когда ее талант вольется в общенародное дело, станет народным.

Взаимопроникновение народности, "первозданности" и тончайшего артистизма с его беспокойными, подчас трагическими внутренними конфликтами - это, по существу, процесс становления главного героя романа "Братья" музыканта Никиты Карева.

Старый мастер органной музыки, учитель Никиты в Дрездене, ставший его другом, сказал ему: "Попробуйте доказать на деле, на опыте доказать, что невозможное - возможно". И вся жизнь Никиты, художника, музыканта, человека - вся его жизнь в искусстве доказала правоту слов дрезденского мастера. Невозможное становилось для Никиты Карева возможным, и все трагические утраты, вся скорбь его мученического труда обращались для него радостью новых побед.

Невозможное возможно, если талант и труд художника поднимаются на ту высочайшую вершину гуманизма, когда народная, национальная сила искусства становится революционной, интернациональной силой.

Этой поэтической теме Федпн был верен всегда, и спустя почти двадцать лет она с новой глубиной возникает в его романах "Первые радости" и "Необыкновенное лето".

Если в "Городах и годах" и "Братьях" западноевропейская тема лишь одна из составных частей повествования, то в двух последующих романах эта тема становится основной.

"Поездки на Запад конца 20-х и начала 30-х годов, - пишет Федин в автобиографии, - дали толчок и материал к написанию двух романов: "Похищение Европы" (первая книга - 1933, вторая книга - 1935) и "Санаторий Арктур" (1940). В первом мне хотелось показать Западную Европу в ее противоречиях с новым миром, который бурно строился на Востоке, в Советском Союзе. Во втором я даю картину западной жизни, подавленной испытаниями этих лет".

Противоречие буржуазного и социалистического сознания и все социально-политические проблемы с ним связанные для Федина-художника были прежде всего проблемами этическими, ибо, по его словам, воинствующее человеколюбие - этика социализма.

В июне 1947 года Федин подарил мне первую книгу романа "Похищение Европы", изданную в Париже (издательство "Звезда") в 1934 году с надписью: "Эта книга была обнаружена в куче дымящегося "товара" на пожаре книжного магазина при взятии Берлина в 1945 году и привезена мне в подарок от красноармейцев, штурмовавших столицу Германии".

Роману "Похищение Европы" выпала завидная доля: он штурмовал фашизм вместе с советскими воинами.

Во время Великой Отечественной войны Федин неоднократно бывал во фронтовых городах и селах. Он видел Орел и многие орловские старорусские городки, разрушенные врагами, видел Ленинград, живущий после девятисотдневной осады, как чудо, как бессмертное украшение нашей культуры. Видел руины памятников петербургской истории - кольцо былых дворцов вокруг Ленинграда. Видел псковские пушкинские памятные места - искаженные нацистскими блиндажами село Михайловское, Тригорское, городище Воронич и Пушкинские горы с могилой поэта.

В результате этих поездок были созданы два сборника рассказов и очерков - "Несколько населенных пунктов" (1943) и "Свидание с Ленинградом" (1945). "История не умирает. История живет" - эти слова из рассказа "Партизаны на Невском проспекте" можно было бы поставить эпиграфом к обоим сборникам.

Враги, превращая в руины русские памятники, хотели умертвить русскую историю. "Но нашу историю умертвить нельзя. Она живет, и Ленинград продолжает свершать ее, глядя вперед упрямым, бесстрашным взглядом. Враг угрожал отнять у него прошлое, лишить его настоящего и будущего. Ленинград поверг врага. Даже стены этого города как живые провозглашают: я был, есть и буду!" ("Живые стены").

Дыхание истории, живая связь времен и в рассказе "Ленинградская натура": "Ленинград дал пример того, как бьется русский за землю отцов и как защищает советский человек родину своих революционных идей, свою новейшую историю".

Прошлое не умирает: в нем таятся зародыши не только настоящего, но и будущего, "новейшая история" не только советской страны, но и всего человечества.

В послевоенных романах Федина ("Первые радости", "Необыкновенное лето", "Костер") - история становления русского революционного характера, начиная с 1910 года и кончая Великой Отечественной войной. Основная идея двух первых романов - идея исторической закономерности обновления русского общества. Действие романов проходит на фоне волжских просторов - Волга, Саратов и его окрестности. Опять споры об искусстве, тема интеллигенции и революции, поиски нового героя.