Читаем Часы, идущие назад полностью

А потом, еще осовевшие от сна, они, голова к голове, разглядывали в цифровой камере снимки, сделанные Анфисой в городе. И Катя металась по номеру – плескалась в душе, погоняла Анфису, натягивала шмотки, скатывалась вниз по гостиничной лестнице в холл, где немногим постояльцам отеля накрывали утренний завтрак.

Восставший от сна полковник Гущин с помятым лицом в полном одиночестве за их столиком меланхолично поглощал яичницу-глазунью из трех яиц. Фастфуд действовал на него угнетающе. Полковник явно мечтал о тушеном мясе с густой томатной подливой, которое дома готовил сам вследствие фактического разъезда с женой.

– Банк, Федор Матвеевич! – прошипела Катя, одновременно волоча за собой Анфису с камерой в руках и стараясь соблюсти конфиденциальность темы. – Банк в бывшем особняке купцов Шубниковых! Анфиса его сфотографировала – это так называемый Дом с башнями! Мы все банк искали, где Нилов спрятал остальное. Надо проверить!

Анфиса показала Гущину снимок в камере. Тот глянул, вытер губы бумажной салфеткой и приказал им сначала поесть.

– Рано еще по времени, – объявил он спокойно. – И банк закрыт. И в суде судья дежурный… Нам же разрешение официальное потребуется на вскрытие ячейки, если шифр подойдет… так судья еще не появился. Ешьте, трещотки! Не раздражайте меня!

Получили разрешение в суде, известили капитана Первоцветова и двинули в Дом с башнями.

Внушительный особняк из красного кирпича с двумя угловыми башнями округлой формы располагался за городским музеем, в маленьком тенистом парке, засыпанном палой листвой. Особняк огораживала чугунная решетка, призванная защитить от посягательств место бесплатной банковской парковки. Над входом в особняк красовалась огромная вывеска: «Банк «Кредит». А само здание имело флигель – вросший в землю кирпичный кубик в два этажа с окнами, забранными решетками и закрытыми железными рольставнями. Флигель соединялся с особняком фантастического вида галереей со стеклянным потолком, какие бывают лишь в ботанических садах.

Внутри из старинной обстановки и декора сохранилась лишь мраморная лестница да витражи в стиле ар-деко в виде павлинов, все остальное было переделано в стиле обычного банковского офиса.

Их встретил менеджер, капитан Первоцветов предъявил постановление судьи, полковник Гущин показал запись шифра.

– Да, это наш код. Номер ячейки в хранилище и код доступа, – менеджер закивал головой. – Хранилище во флигеле.

– Мы вскроем ячейку, – сказал Гущин.

Менеджер повел их в глубь здания. Катя оглядывала помещение. Здесь они жили… все… И те, кто на фотографиях, и те, кого мы не видели, но знаем их имена и деяния. Вымерший род… И она была здесь – Елена Мрозовская. Ходила по этим залам и коридорам. Что здесь случилось тогда?

Она видела – Анфиса занята схожими мыслями. Ищет взором, куда бы прицепиться, нацелить объектив. Здесь нельзя фотографировать – тут банк. Фотограф Денис Нилов оставил часть своего архива здесь. Ведь он жил в Горьевске… Он воспользовался местным банком, но часть фотографий затем забрал с собой в Москву – ведь он хотел их выгодно продать.

Менеджер вел их стеклянной галереей.

– Не слишком практично для банка, – заметил Гущин. – Потолок и тот стеклянный. Влезут.

– Заложить здесь все кирпичом не в нашей власти – это памятник архитектуры и истории. Дом Шубниковых. Здесь когда-то располагались оранжерея, зимний сад. Говорят, ананасы к столу выращивали, лимоны, дыни – купцы богатые. И цветы. Мы эту часть отреставрировали на средства нашего банка как дар городу. А в плане защиты от проникновений приняли свои меры.

Катя смотрела под ноги – пол в бывшей оранжерее новый. Итальянская терракотовая плитка.

Вход во флигель преграждала железная дверь с электронным замком. Менеджер коснулся сенсора. Им открыл охранник в форме.

Они прошли к стойке.

– Посмотрите в файлах: Нилов Денис, – попросил Гущин.

Глянули в компьютере.

– Есть. Он арендовал ячейку. Номер его паспорта.

– Когда это случилось?

– Пятнадцатого сентября. Он был еще раз в хранилище – почти через месяц. Либо что-то забрал, либо положил.

– Забрал, – шепнула Анфиса Кате. – Накануне того, как явился ко мне в галерею с предложением о продаже. Наверняка о нашем мероприятии в интернете отследил.

– У вас есть записи камер? – спросил Первоцветов.

– В самом хранилище, где ячейки, камер нет. Полная конфиденциальность для клиентов. Наружные уличные камеры и камеры в зале работают всегда, как того требует безопасность.

– Мы изымем пленки для просмотра.

Охранник открыл для них дверь зала ячеек. Полковник Гущин сверился с шифром. Он шел вдоль ряда маленьких стальных боксов.

– Замок без ключа?

– Электроника. У арендатора считывается биометрия, отпечаток пальца. Или по шифру. Вводите цифры.

Гущин потыкал толстым пальцем панель. Пискнуло, замок щелкнул. Гущин открыл дверь сейфа.