Читаем Часодеи читают Часодеев (СИ) полностью

— Эрик… Вот уж кто всегда много болтал. Наверное, поэтому так и не смог разбудить свой часовой дар. Василиса, — он подошел к ней ближе, присел на корточки и, облокотившись на подлокотник ее кресла, глянул снизу вверх, — советую никому больше не рассказывать об этом.

— Но что этот флер обозначает? — горячо спросила она. — Я должна знать!

Отец резко поднялся и раздраженно взмахнул рукой, словно хотел отогнать муху.

Много кто засмеялся.

— Если ты научишься управлять этими цифрами, то сможешь делать занятные вещи. Например, путешествовать во времени безо всяких часовых механизмов и приспособлений. Вот, кстати, почему ты смогла пройти по часовому мосту, — протянул он, словно обращаясь сам к себе. — И легко справилась с огненной лестницей. Да. Это весьма… забавно.

Помолчав, он вновь обратился к Василисе.

— Никому не рассказывай об этом. Особенно, — его голос стал жестче, — Черной Королеве.

— С чего это?! — вдруг вновь обозлилась ЧК.

— Я не хотел, чтобы ты это знала и всё. — ответил Нортон.

— Это не ответ. Отвечай почему.

— Не доверял тебе. Боялся, что ты ей навредишь.

— Я?! Своей внучке?! Никогда!

— А Белой? — вдруг спросила Василиса. — Белой Королеве тоже не рассказывать?

— Да, и ей тоже. Мало того, советую больше не стараться увидеться с матерью.

— И почему это?! — тоже не удержалась Лисса.

— Ты же тоже не хотела с ней видеться, вот поэтому я ей это и сказал.

— Мда, Нортон… — тяжело вздохнул Миракл. — С тобой не очень легко.

— Тут не поспоришь.

— Значит, Белая Королева действительно моя мама?

Василиса глянула на отца с ненавистью. Ее сердце бешено колотилось в эту минуту, кровь прилила к вискам, дыхание стало прерывистым — она не чувствовала ничего, кроме горькой и жгучей обиды. Сейчас девочке хотелось только одного: броситься на него и бить, бить его по надменному лицу, пока хватит сил.

— Я это уже понял…

Она крепко зажмурилась, борясь с собственными чувствами.

— Зачем ты спас меня? — Чтобы не выдать волнения, Василиса вновь принялась рассматривать каменные плитки пола. — От Елены? Ты ведь знал, что она рано или поздно нападет на меня. Захочет… убить. — Она вздрогнула, не сумев справиться со страхом, и тут же обняла себя за плечи, словно бы желая защититься от прошлых и будущих угроз.

От отца это не укрылось.

— Елена больше не нападет на тебя, — сухо произнес он. — Я приказал ей, она больше не посмеет.

— Слова противоположны происходящему. — тяжело вздохнул Родион.

— Мда… — произнёс Марк. — А я ожидал весёлых слов противоположных происходящему…

Василиса хотела возразить, что один раз госпожа Мортинова его ослушалась, поэтому вряд ли ей можно доверять, но, взглянув на отца, передумала.

— Вот почему я не хотел брать тебя в дом.

Нортон-старший заложил руки за спину и снова отвернулся от нее. Девочка видела, как крепко он сжал пальцы в замок.

— Зарядкой занимаешься, дружище? — с ухмылкой спросил Миракл. — Давай, тебе полезно, но главное не сломай спину.

Смех сдержать никто не смог.

— Я знал, что в этом случае у меня не будет выбора и придется отправить тебя к Белой Королеве за Рубиновым Ключом. Она бы ни за что не отдала его мне или моему сыну… Вот почему пришлось силой забрать твой Ключ. Я не хотел подвергать тебя опасности

— Слова противоположны происходящему. — тяжело вздохнул Родион.

— Опять двадцать пять… — грустно произнёс Марк.

— быть ключником совсем непросто.

— А Норта, значит, хочешь подвергать опасностям? — Василиса скептически хмыкнула.

— Вот кстати да. — кивнул Норт.

— Признаться, из вас двоих я больше доверял бы Норту. Во-первых, он — мальчишка, — сказал отец со значением. — Он сильный, ловкий, хитрый, амбициозный.

— Слова противоположны происходящему. — улыбнулся Родион.

— Вот! — обрадовался Марк. — По этому я так скучал!

Немного трусоват, но с возрастом это проходит… Правда, — продолжил Нортон-старший, — я абсолютно не подозревал, что ты окажешься такой безрассудной и продолжишь борьбу за Ключи. Но признаюсь, меня мучает любопытство. Зачем ты согласилась стать ключницей? Незнакомый мир, такой волшебный и таинственный, безусловно, притягателен, не спорю. Но только до первой опасности, до первой встречи с настоящим врагом лицом к лицу.

— Марк меня не пугает! — фыркнула Василиса.

— А я говорил про Елену и Астрагора… — пояснил Нортон.

— Меня ты тоже не пугаешь! — засмеялся Марк.

Лишь почуяв малейшую угрозу собственной жизни, люди обычно разворачиваются на сто восемьдесят градусов и бегут, бегут прочь, только пятки сверкают… Зачем тебе это, Василиса? — повторил он. — Какая тебе лично разница, если Эфлара погибнет? Ты выросла здесь, на Земле, на Остале… Для тебя часовой мир — абсолютно чужая земля. Что на самом деле движет тобой?

— А вдруг ей стал интересен этот мир, отец? — спросила Дейла. — Вдруг она стала заинтересованна им.

— Могла бы кстати мне так сказать, вот и всё. — пожал плечами Нортон.

Где-то раздался бой часов. Девочка начала машинально считать их: раз… два… три… четыре. Выходит, только что пробило четыре часа.

— Ничего не движет, — пробурчала она. — Я просто решила, что все-таки хочу стать часовщицей.