Читаем Час Самайна полностью

Утром я даже забыла про ночное происшествие. Вечером в четверг собралась гладить белье. Вдруг стучат. Это пришли соседки и сообщили, что все чердаки сломаны, в том числе и мой. Я пошла посмотреть. Большой сундук с посудой открыт, но, похоже, ничего не взяли. Пришлось всю посуду перенести домой. Часов в одиннадцать приехал Котик и привез мне дров. Я обра­довалась, что будет с кем ночевать. Забыла написать, что получила от мамы письмо и дала ответ. Потом улеглась спать.


Петроград, 14 августа 1918 года 

В субботу после службы поехала в Левашово, хотелось по­скорее обнять Ванюшу. 

Подхожу к нашей даче и вижу, что в окнах темно, даже у писаря нет огня. Я сразу подумала, что Ваня и писарь уеха­ли в Питер. Я вошла в дом, спрашиваю Котика и узнаю, что Ваня не уехал, а ушел в команду. В этот момент является Ваня, и у меня сердце готово было выскочить от радости. Ваня был рад не меньше моего. Он принялся меня кормить, расспрашивать, как жила эту неделю в Питере, не изменяла ли ему. Он осыпал меня поцелуями, чего давно уже не было, и я была счастлива. На другой день утром было опять все хорошо, как будто мы только что поженились. Только вышел маленький конфуз с Кряжевым, после чего мне было стыдно с ним. встречаться. Он оказался свидетелем нашей интимной жизни. Но Ваня меня успокоил, сказав, что ничего стыдного нет — всем известна супружеская жизнь. Ходила вместе с Ваней в команду. Погода была чудная. Тепло, солнце ярко светило, пахло весной. 

Перейти на страницу:

Похожие книги

Час скитаний
Час скитаний

Шестьдесят лет назад мир погиб в пожаре мировой войны. Но на этом всё закончилось только для тех, кто сгорел заживо в ядерном пламени или погиб под развалинами. А для потомков уцелевших всё только начиналось. Спустя полвека с лишним на Земле, в оставшихся пригодными для жизни уголках царят новые «тёмные века». Варвары, кочевники, изолированные деревни, города-государства. Но из послевоенного хаоса уже начинают появляться первые протоимперии – феодальные или рабовладельческие. Человечество снова докажет, что всё новое – это хорошо забытое старое, ступая на проторенную дорожку в знакомое будущее. И, как и раньше, жизни людей, оказавшихся на пути сильных мира сего, не стоят ни гроша. Книга рекомендована для чтения лицам старше 16 лет.

Алексей Алексеевич Доронин

Детективы / Социально-психологическая фантастика / Боевики
Гномон
Гномон

Это мир, в котором следят за каждым. Это мир, в котором демократия достигла абсолютной прозрачности. Каждое действие фиксируется, каждое слово записывается, а Система имеет доступ к мыслям и воспоминаниям своих граждан – всё во имя существования самого безопасного общества в истории.Диана Хантер – диссидент, она живет вне сети в обществе, где сеть – это все. И когда ее задерживают по подозрению в терроризме, Хантер погибает на допросе. Но в этом мире люди не умирают по чужой воле, Система не совершает ошибок, и что-то непонятное есть в отчетах о смерти Хантер. Когда расследовать дело назначают преданного Системе государственного инспектора, та погружается в нейрозаписи допроса, и обнаруживает нечто невероятное – в сознании Дианы Хантер скрываются еще четыре личности: финансист из Афин, спасающийся от мистической акулы, которая пожирает корпорации; любовь Аврелия Августина, которой в разрушающемся античном мире надо совершить чудо; художник, который должен спастись от смерти, пройдя сквозь стены, если только вспомнит, как это делать. А четвертый – это искусственный интеллект из далекого будущего, и его зовут Гномон. Вскоре инспектор понимает, что ставки в этом деле невероятно высоки, что мир вскоре бесповоротно изменится, а сама она столкнулась с одним из самых сложных убийств в истории преступности.

Ник Харкуэй

Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика