Читаем Час Самайна полностью

Петроград. 24 марта 1918 года, понедельник 

В четверг у мамы была операция. В пятницу я ходила ее на­вестить. Я так волновалась, когда шла в больницу. Все время казалось, что когда я приду, то мама окажется в покойницкой. Еще больше я испугалась, когда, войдя в палату, увидела, что ее кровать пуста. Но мне объяснила какая-то больная, что маму перевели в другую палату. У меня отлегло от сердца. Пришла к маме, убедилась, что у нее все благополучно, и со спокойной душой отправилась домой. 

В пятницу я осталась ночевать в Питере. Пришла домой из больницы часов около семи. Стала заниматься хозяйством. Потом долго читала книжку «Ольга Орг». Когда уж собиралась ложиться спать, приехал Ванин вестовой и привез кое-какие вещи. Пришлось его накормить и уложить спать. В субботу нужно было остаться в Питере хотя бы до вечера, чтобы помыться и постирать. Эта мысль так сверлила мой мозг при возвращении домой, что я уже хотела преспокойненько идти на поезд: невыносимо хотелось об­нять моего Ваню, так уже успела соскучиться. 

Пришла домой, начала греть воду, потом стирать. Боялась из-за стирки не попасть на поезд и все-таки опоздала. Было досадно до слез, что не увижу Ваню. 

В воскресенье утром отправилась в Левашово. Я нервнича­ла, раздражало все: то, что поезд долго не трогается, а потом, когда тронулся, что очень медленно едет. Наконец добралась в Левашово. 

Не иду, а прямо лечу со станции. Вхожу в дом, все как будто на своих местах, даже писарь за работой. Вхожу в нашу ком­нату. Чистенько, уютно, Ваня все прибрал к празднику. Но... Вани нет: Наконец он появился. Я думала, он будет рад моему приезду. Думала, и он порядком соскучился, но он первым делом принялся меня ругать, почему я не приехала вчера, т. е. в суб­боту. Почему-то вообразил, что я была на вечере. Потом все уладилось, и мы мирно ворковали как голубки. Только одно об­стоятельство, нездоровье, очень огорчило меня и его. 

Но все-таки вчера я была очень счастлива. Сапоги для меня готовы, только не очень нравятся. Я говорила Ване о своей любви, о том, как соскучилась за эти два дня, а он сомневался и не верил.

Петроград. 1 июля 1918 года