Читаем Булгаков за 30 минут полностью

На следующий день 11 марта состоялась гражданская панихида в доме Союза Советских писателей. А московский скульптор С.Д. Меркуров сделал с лица покойного посмертную маску.

Похоронен классик русской и мировой литературы на Новодевичьем кладбище, а на его могиле установлен огромный камень, прозванный «голгофой», который когда-то лежал на могиле Н.В. Гоголя – на этом настояла вдова М.А. Булгакова.

По иронии судьбы, знаменитый роман «Мастер и Маргарита» увидел свет лишь спустя двадцать шесть лет после смерти Михаила Афанасьевича Булгакова и прославил его на весь мир. Примерно та же участь ожидала и роман «Записки покойника», и ряд других произведений автора – все они нашли своего читателя, когда сам Михаил Афанасьевич был уже в лучшем из миров.

Мастер и Маргарита

Глава 1. Никогда не разговаривайте с неизвестными

Весной во время непривычно жаркого заката, в Москве на Патриарших прудах появляются два человека. Один – невысок ростом, откормлен, лыс, одет в летнюю серую пару, на его лице огромных размеров очки в черной роговой оправе, а шляпа пирожком помещается в руке. Второй – рыжий, широкоплечий, вихрастый молодой человек в заломленной на затылок клетчатой кепке, одет в ковбойку, жеваные белые брюки и черные тапочки. Первого персонажа зовут Михаил Александрович Берлиоз – председатель правления крупной московской литературной ассоциации (МАССОЛИТ) и редактор увесистого художественного журнала. Второй – Иван Николаевич Понырев, поэт, печатающийся под псевдонимом Бездомный.

Примечательно, что несмотря на необыкновенно жаркий вечер, никто из прохожих не прохлаждался под липами на аллее, параллельной Малой Бронной улице, никто не покупал прохладительные напитки – вся улица была совершенно пустынна.

Оба литературных работника, напившись теплой абрикосовой воды, присели на лавочку лицом к пруду. Внезапно, Берлиоз почувствовал себя нехорошо, безотчетный страх сковал его душу, но тот решил, что просто переутомился и отдых в Кисловодске все исправит. Однако в этот же момент из сгустившегося знойного воздуха внезапно материализовался прозрачный гражданин в жокейском картузике и кургузом воздушном пиджачке. Был он очень высок и худ до неприличия, с глумливым выражением лица. Не веря своим глазам, Берлиоз в ужасе зажмурился, а когда открыл глаза, странное клетчатое видение и впрямь исчезло. Придя в себя, он радостно вернулся к прерванному разговору с Бездомным.

Выясняется, что Берлиоз заказал поэту написать для новой книжки журнала большую антирелигиозную поэму и последний ее даже написал, но редактору она не понравилась. Основное недовольство выражалось в реалистичности образа Иисуса Христа в поэме – он хоть и очерненный мрачными красками, но был как живой. А Берлиоз настаивал на том, что Иисуса Христа не существует вовсе, всё это вранье, вранье и все рассказы о нем. В качестве доказательства редактор приводил известных ученых мужей прошлого, ни один из которых никак и никогда не упоминали Христа.

Увлекшись рассказом о невозможности существования Иисуса Христа, Берлиоз забрался в такие дебри истории, что не заметил появления на аллее первого и пока единственного прохожего. По поводу внешности его не было однозначных сведений. Так, одно учреждение позже описывало его в своих сводках как маленького человека с золотыми зубами и хромого на правую ногу, другому почудился человек небывало высокого роста, с платиновыми коронками и хромающий на левую ногу, а третье заявило, что примет у него никаких не было вовсе.

К действительности ни одно из этих описаний отношения не имело, поскольку был человек просто высок ростом, не хромал вовсе, а недоразумение с зубами оказалось вызвано тем, что слева у него были платиновые коронки, а справа – золотые. Одет он был в дорогой серый костюм, модные серые туфли, в сером же берете, лихо заломленном за ухо, брюнет, с глазами разного цвета: правый – черный, а левый-зеленый, с черными же бровями и тростью с набалдашником в виде головы пуделя – словом, все в нем выдавало иностранца.

Неожиданно иностранец присоединился к двум литераторам и поддержал их беседу на русском языке с небольшим акцентом. Он пришел в совершенный восторг от того, что оба были атеистами, но поинтересовался у них тем, кто же управляет всем миром, если Бога нет, а человек смертен и подвержен всяким случайностям. Загадочный субъект сообщает Берлиозу каким образом тот умрет и оказывается, что это не только должно произойти уже достаточно скоро, но к этому ведет цепь событий, ни одно из которых не является случайным. В частности, комсомолка Аннушка уже купила и разлила масло, хотя Берлиозу это ни о чем и не говорит. Странный профессор может слышать их мысли, представляется профессором черной магии и неожиданно заявляет, что Иисус Христос на самом деле существовал.

Глава 2. Понтий Пилат

Перейти на страницу:

Все книги серии Классики за 30 минут

Похожие книги

Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги
Слово о полку Игореве
Слово о полку Игореве

Исследование выдающегося историка Древней Руси А. А. Зимина содержит оригинальную, отличную от общепризнанной, концепцию происхождения и времени создания «Слова о полку Игореве». В книге содержится ценный материал о соотношении текста «Слова» с русскими летописями, историческими повестями XV–XVI вв., неординарные решения ряда проблем «слововедения», а также обстоятельный обзор оценок «Слова» в русской и зарубежной науке XIX–XX вв.Не ознакомившись в полной мере с аргументацией А. А. Зимина, несомненно самого основательного из числа «скептиков», мы не можем продолжать изучение «Слова», в частности проблем его атрибуции и времени создания.Книга рассчитана не только на специалистов по древнерусской литературе, но и на всех, интересующихся спорными проблемами возникновения «Слова».

Александр Александрович Зимин

Литературоведение / Научная литература / Древнерусская литература / Прочая старинная литература / Прочая научная литература / Древние книги