После того как Норти и Диано заканчивают есть, я помогаю Скай убрать еду – то, что осталось. Везде рассыпан тертый сыр. Кусок сыра валяется в грязи. Я вздыхаю и убираю его в пакет для мусора.

– Проклятье! – ругается Скай. – Они ставят палатку рядом с твоей.

Я бросаю взгляд в ту сторону.

– Тебе нельзя там спать, – говорит Скай.

– Где мне спать?

– Не знаю, но только не там.

<p>Глава 41</p>

Кенна

Я беспомощно смотрю на Скай. Микки с Джеком уже в своей палатке – у них она двухместная, как и все остальные, и мне там точно не поместиться.

– Ты могла бы спать со мной, но мне нужно присматривать за Виктором, – говорит Скай.

Она права. Виктор на взводе весь вечер, ему страшно хочется подраться. Клемент стоит перед туалетом, моет ноги под краном. Райана нигде не видно – он или уже у себя в палатке, или ушел в заросли деревьев и занимается там чем обычно, что бы это ни было.

– Тебе лучше спать с Клементом. – Увидев выражение моего лица, она добавляет: – Не надо мне ничего говорить. Я сказала «спать», а не «трахаться». Хотя, вероятно, ты могла бы, если бы захотела.

Я краснею.

Скай улыбается, явно получая удовольствие от моего дискомфорта.

– Ему не помешал бы хороший секс. Он уже давно без женщины. – Улыбка сходит с ее лица. – Они смотрят на нас. Быстро решай вопрос с Клементом, потому что я не хочу здесь долго задерживаться.

– Что мне ему сказать?

– Действуй мягко и незаметно. Норти и Диано должны посчитать вас парой.

Я иду к Клементу, не представляя, как поднять эту тему. Теперь он чистит зубы, мышцы у него на груди натягиваются вместе с движениями его руки.

– Можно мне лечь спать у тебя? – спрашиваю я.

Клемент чуть не давится и вынимает зубную щетку изо рта.

Мое лицо пылает. Надеюсь, что он не видит этого в темноте.

– Они ставят палатку вон там, рядом с моей. – Я показываю в направлении Норти.

Проклятье! Норти идет к нам.

На мою руку ложится большая ладонь и сжимает ее.

– Идешь спать?

Клемент произносит это таким спокойным, обыденным тоном, как будто задавал этот вопрос уже миллион раз. У него теплая и жесткая ладонь. На мгновение я теряю дар речи.

– Спокойной ночи. – Клемент кивает Норти и ведет меня в свою палатку, на всем пути сжимая мою руку.

Он расстегивает молнию на поле с сеткой для защиты от насекомых.

– После тебя.

В его палатке стоит затхлый запах, но нельзя сказать, что неприятный. Он включает маленький фонарик.

– У меня только один спальный мешок.

Я растягиваюсь на спине, когда он расстегивает на нем молнию, смотрю куда угодно, только не на него. Клемент накрывает им нас обоих и тоже ложится на спину, складывает руки под головой. Снаружи Норти и Диано передвигаются по лагерю с грохотом. Я морщусь при звуках их шагов, когда они проходят мимо нашей палатки.

– Просто не обращай внимания, – шепчет Клемент, выключает фонарик, и мы остаемся в полной темноте.

Норти и Диано продолжают шляться по лагерю, создавая много шума.

– Что они делают? – шепотом спрашиваю я.

– Пьянствуют.

Звуки становятся тише. Теперь я слышу только тех существ, которых обычно можно услышать по ночам в Австралии. После предупреждений Скай и Микки мне следовало бы бояться Клемента не меньше, чем Норти и Диано, так почему же я не боюсь? Моя интуиция подсказывает мне, что я могу ему доверять, или все дело в том, что он мне чертовски нравится?

В любом случае заснуть я не смогу.

– Ты устал? – шепотом спрашиваю я.

– Вообще-то нет. А ты?

– Нет. – Холодновато. Я пододвигаюсь поближе к нему, пока мое плечо не касается его плеча, и при этом ищу, что бы такое сказать. – Вся твоя семья осталась в Испании? – спрашиваю я и тут же ругаю себя, потому что его жена ведь тоже была членом его семьи, и он не хочет, чтобы ему про нее напоминали, – и я не хочу про нее вспоминать.

– Там живут мои родители. А мой брат живет в Англии.

– Не может быть! А где?

– В Бристоле. Он женился на англичанке.

– Это всего в нескольких часах пути от того места, где живу я. Они приезжают сюда навестить тебя?

– Для них дорого лететь сюда. Они приезжали только на мою свадьбу.

Я собираюсь с силами, делаю глубокий вдох и поворачиваю голову к нему в темноте.

– Сколько лет вы были в браке?

В последующей тишине я слышу уханье совы.

– Три года.

Я стараюсь продвигаться вперед очень осторожно, ведь он может не хотеть говорить об этом.

– Мой парень погиб два года назад. Я все еще не отошла от его смерти.

– Да?

Я чувствую, что он хочет поговорить, и я сама хочу продолжать разговор. Только он из всего Племени может меня понять. Поэтому я рассказываю ему, как мои родители очень старались мне помочь, хотя они сомневались в Касиме, с самого начала наших отношений предупреждали меня, что у нас будут проблемы из-за разных культур.

«Пожалей себя, будь добра к себе», – говорил мне папа.

«Пойди и займись скалолазанием», – говорила мама. Ей в этом году исполнилось шестьдесят лет, но она все еще может задрать ногу выше головы на скалодроме. Скалолазание – это ее ответ на все проблемы, которые ставит жизнь.