Читаем Бог есть полностью

Серафим Вырицкий: «Никогда не надо просить у Господа ничего земного. Ему лучше нашего ведомо то, что нам полезно. Молитесь всегда так: “Предаю, Господи, себя, детей своих и всех родных и ближних в Твою святую волю”».

Ведомо-то ведомо, но однажды это кончилось тем, что полезно стало полное уничтожение человечества (кроме Ноя).

Другие учат прямо противоположному: всегда просите при любых затруднениях. Бог слышит наши искренние молитвы, и если просите о хорошем, Он всегда поможет. (А если не просишь — значит, возгордился.) «Нам всегда нужно пребывать в молитве, неустанно обращаться к Нему за помощью, все свои заботы предавать Ему одному» (о. Фаддей (Витовницкий)).

«Старец (Серафим Вырицкий) говорил, что душу нам дал Господь, но тело наше — от родителей и прародителей наших, поэтому часть их грехов переходит к нам. Вот мы и должны молиться о наших родителях и прародителях и на исповедях приносить покаяние за всех них. Они ждут нашей молитвы и так радуются, когда мы молимся о них; а те, кто уже находится в Царствии Небесном, помогают нам».

Мне он не показался. Горе-сочинители тому виной или он сам, не знаю. («По книге: “Серафим Вырицкий Житие. Пророчества. Акафист”. Свято-Успенская Почаевская Лавра»). Общие сомнительные рассуждения превозносятся как «глубочайшие», «величайшие», «прозорливейшие». И опять эти пресловутые «предсказания» прошлого — куда ж без них (при слове «пророчества» у меня пропадает всякое доверие к подателям информации). Две цитаты — вот все, что выбрал. Послушать таких как он — нет в мире хуже и грешнее русского народа:

«Самим Господом определено русскому народу наказание за грехи, и пока Сам Господь не помилует Россию, безсмысленно идти против Его святой воли. Мрачная ночь надолго покроет землю Русскую, много нас ждет впереди страданий и горестей. Поэтому Господь и научает нас: терпением вашим спасайте души ваши (Лк.21,19). Нам же остается только уповать на Бога и умолять Его о прощении».

Не стесняясь, осудил весь народ, и не от своего имени, а от имени Господа, не утруждаясь никакими объяснениями (это вообще их стиль: мол, я непререкаемый авторитет, и что бы я ни сморозил — все истина, не требующая доказательств). И тут же следует другая цитата, другая крайность: «Мы имеем право судить только самого себя. Даже рассуждая о каком-либо человеке, мы невольно осуждаем его». Ох, не сотворю я себе кумира на земле: уже сколько просмотрел «мудрых» высказываний преподобных… Конечно, просмотр мой исключительно поверхностный, но он отбивает всякую охоту тратить время на более глубокое знакомство.

Кстати, я не сразу догадался, что «беЗсмысленно» — это не незнание орфографии. Только после третьего или четвертого такого случая понял, в чем тут дело. Правда, у Феофана Затворника встречается неоднократно «воЗстановить». Может, все-таки орфография? Старорусская или церковнославянская.



ОБ ИДЕИ ВОЗРОЖДЕНИЯ МОНАРХИИ,

популярной в среде священства

«– На свете не было, нет и не будет никогда более великой и прекрасной для людей власти, чем власть императора Тиверия!— сорванный и больной голос Пилата разросся.

Прокуратор с ненавистью почему-то глядел на секретаря и конвой.

<…>

– И настанет царство истины?

– Настанет, игемон,— убежденно ответил Иешуа.

– Оно никогда не настанет!— вдруг закричал Пилат…»

(М. Булгаков «Мастер и Маргарита»)


Перейти на страницу:

Похожие книги

Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука
История алхимии. Путешествие философского камня из бронзового века в атомный
История алхимии. Путешествие философского камня из бронзового века в атомный

Обычно алхимия ассоциируется с изображениями колб, печей, лабораторий или корня мандрагоры. Но вселенная златодельческой иконографии гораздо шире: она богата символами и аллегориями, связанными с обычаями и религиями разных культур. Для того, чтобы увидеть в загадочных миниатюрах настоящий мир прошлого, мы совершим увлекательное путешествие по Древнему Китаю, таинственной Индии, отправимся в страну фараонов, к греческим мудрецам, арабским халифам и европейским еретикам, а также не обойдем вниманием современность. Из этой книги вы узнаете, как йога связана с великим деланием, зачем арабы ели мумии, почему алхимией интересовались Шекспир, Ньютон или Гёте и для чего в СССР добывали философский камень. Расшифровывая мистические изображения, символизирующие обретение алхимиками сверхспособностей, мы откроем для себя новое измерение мировой истории. Сергей Зотов — культурный антрополог, младший научный сотрудник библиотеки герцога Августа (Вольфенбюттель, Германия), аспирант Уорикского университета (Великобритания), лауреат премии «Просветитель» за бестселлер «Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии». 

Сергей Олегович Зотов , Сергей О. Зотов

Религиоведение / Учебная и научная литература / Образование и наука