Читаем Бог есть полностью

«Бог есть любовь» (1Ин.4:8,16). Вся земная жизнь Господа Иисуса Христа тому доказательство. Но даже Он возопил на кресте: «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» (Мф.27:46). По «Спас ТВ» рассказывали, как в Ярославле маньяк убил в общей сложности двенадцать детей, а тринадцатый спасся чудесным образом по молитвам матери и священников, к которым она кинулась за помощью. Искал эту криминальную историю в интернете — ничего нет (и слава Богу). А если это не выдумка «христианских» агитаторов? Двенадцать едва начавшихся жизней, которых никто не защитил, не оставивших после себя потомства (и миллионы за всю историю)… Если хоть одна из двенадцати (из миллионов) душ оказалась не в раю, если у этой загубленной души был шанс со временем покаяться и спастись, то концепция «Бог [всеведущий и всемогущий] есть любовь» рушится (нуждается в оговорках). О неродившихся потомках и их шансах на спасение я даже рассуждать не берусь. «Рассказывают, что авва Антоний [Антоний Великий (251–356)], будучи однажды приведен в недоумение глубиной Божия Домостроительства (управления миром) и судов Божиих, помолился и сказал: “Господи! Отчего некоторые из человеков достигают старости и состояния немощи [например, нацистские преступники, избежавшие наказания и дожившие до ста лет], другие умирают в детском возрасте и живут мало [например, замученные в концлагерях этими палачами-долгожителями]? Отчего одни бедны, другие богаты? Отчего тираны и злодеи благоденствуют и обилуют земными благами, а праведные угнетаются напастями и нищетой?” Долго он так размышлял, и был ему глас: “Антоний! Внимай себе и не подвергай исследованию судеб Божиих, потому что это — душевредно”» (Игнатий Брянчанинов). Какая-то страусиная позиция, если не сказать хуже. Не очень-то наш православный народ ей придерживался, когда придумывал пословицы и поговорки на религиозные темы, например: «Чем черт не шутит, пока Бог спит».

Еще несколько цитат:

«Если человек не будет внутренне духовно выстраиваться и жить по Божьим заповедям, то вместо истинного Царя он может принять “царя”-антихриста, который, стремясь к власти, нарисует картину “идеального царства”. Вот в чем опасность».

Все эти хлопоты о восстановлении монархии, возможно, только для и ради воцарения антихриста?

Священник Димитрий Лин, клирик Храма святителя Николая на Трех Горах, отметил: «В монархии легче следовать принципу “Богу — Богово, а кесарю — кесарево”. Как сказал Константин Великий: “Монарх является защитой Церкви на земле”…»

То есть, как я уже говорил: лучше (надежнее) опора на монарха, чем опора на паству?