Читаем Библиотекарь (СИ) полностью

— Хм! Вероятно, она очень смелая девушка. Где она сейчас?

— Она погибла от стрелы оборотня. А графиня… с ней может быть не скучно. Она умна, но не в меру дерзкая, что говорит о её неопытности и излишней самоуверенности. Хм! Она ещё и …горячая.! Как вспомню, как она отчитывала твоего советника на балу, смех берёт.

— Да! Согласен! Я с ней ещё наплачусь! Для неё нет рамок и авторитетов. Лиши её свободы и она, как птица в клетке зачахнет! Мы даже с Эльминой поругались впервые. Видите ли — «замуж Эйна не хочет»! Вот, пришлось взять к себе на службу.

— Конрад! А я думал, ты просто дал ей шанс..

— Поверь! Эта девушка его не упустит! Не тот случай. Да и встряска дворцу не помешает.

— И Хенрик согласен с тобой? — Аминез удивлённо приподнял бровь.

— Представь себе — да! Он сказал мне: — «Уж лучше эта образованная пичуга, чем разжиревший и ленивый мудрец!»

— Вот как! Ну, что ж! Поздравляю тебя с новым Хранителем библиотеки! Твой советник часом не влюбился?

— Нет! Они уже успели поругаться! Он готов был её задушить и уже шёл это сделать, как случилось непредвиденное — её пытались отравить! Он оказался рядом, как нельзя вовремя! Спас её и раскрыл маленькую интригу. Я ему опять обязан буду. Её смерть Эльмина мне никогда бы не простила! А вот про «влюбился», это не про него!! Он — женоненавистник!

— Даа? Что-то я этого не заметил! Вчера он графиню увёл на балу прямо из — под моего носа. А как он на неё смотрееел!

— Хм! Хорошая новость. Любопытно будет понаблюдать за этими двумя. Эльмина сказала мне по большому секрету, что мужчин Эйна с трудом переносит. Она о них не очень высокого мнения.

Мужчины выехали на дорогу и направили коней в сторону дворца.

Когда Правитель Нура и король Конрад уже подъезжали к конюшням, Эйна только-только остановила разгорячённого коня. Привязав его к тонкому дереву хитрым узлом, пошла к реке. Быстро сбросила одежду на траву, медленно и осторожно вошла в воду. Нырнула и поплыла, наслаждаясь прохладой воды. Тело пело, как натянутая струна, длинные волосы липли к спине и отяжелев, тянули голову вверх, а грудь наоборот — встала перед глазами девушки. Эйна посмотрела на неё и тихо вздохнула. «А ведь я ещё девственница! В этом мире не один мужчина до меня не дотронулся. Скоро проснётся девичье тело Эйны и что мне с ним делать? А если оно само за меня сделает выбор? Что тогда? Природу женскую и её предназначение не переплюнешь. Выйти из статуса девицы легко, но что потом? Открыть охоту на сильных самцов этого мира? Зачем? А если влюбится это тело? Потянут взбесившиеся гормоны к половозрелому самцу. Тело может предать трезвый ум и обойти все убеждения и скрипы типа „все мужики — козлы!“ Любить слишком больно. Нет! Не хочу!» Она провела по изгибу своего тела рукой. Жаль, конечно, что такая красота пропадает… Эйна закрыла глаза и провела рукой по бедру. Картинка всплыла неожиданно легко и ярко. Рядом с собою в воде она представила Хенрика Муазе…А через минуту, устыдившись своих фантазий выскочила из воды.

Одевшись, подвела к реке коня, давая ему напиться. Пока конь пил, Эйна, стоя на берегу, приняла решение — пора в своё родовое гнездо, в поместье графства Любэк.

«Четыре дня свободы! Надо помочь Герберту. Дел там — не меряно! Магию скрывать теперь не имеет смысла. А надо успеть многое — оранжерею воскресить, парники восстановить, колодцы прочистить… Сделать всё не успею, но толчок дам. Главное, надо решить, какое взять направление…»

Всю обратную дорогу, Эйна прикидывала и так и эдак, с чего бы начать … Не заметила, как вернулась в конюшни. Подведя коня к стойлу, она увидела рассерженного и тихо бурчащего конюха.

— Вас искали! Кузен два раза приходил. Злой, как грахк! Кажется, вы опаздываете на завтрак к королю.

Услышав это, Эйна бегом кинулась к дворцу, но не к парадному крыльцу, а к двери для слуг в глубине двора. «Как же я забыла!? О, боги! Эльмина меня убьёт! Точно убьёт, а не убьёт, так придушит! Я вся мокрая!» — в панике тихо шептала Эйна. Встречающиеся люди шарахались от неё как от заразы в разные стороны. Бегущую девушку с широко распахнутыми глазами, в которых застыл страх и ужас, остановить никто не рискнул.