А через четверть часа, я уже поторапливала Герберта со сборами наших вещей и прощалась с Эльминой.

— Мина! Ну, хватит меня тискать! Я сюда вернусь через пять дней. Надо с отъездом поторапливаться.

Отстранилась в сторону. Резко я с ней, но что поделать..? С её обнимашками и слезами, мы с Гербертом, домой доберёмся только ночью. «Долгие проводы — лишние слёзы» — хмыкнул Сигруш, подхватывая мой кожанный мешок с чехлами, в которых хранились острые клинки.

Через полчаса, мы тихо покинули дворец. Со вздохом облегчения я покидала это место. Слишком волнительно и насыщено прошли эти дни во дворце. Столько всего произошло! Надеюсь, дома я приведу свои нервы и мысли в порядок..

Глава 13

Милый дом. Поместье Любэк

Светило тёплое солнышко. Я щурила от удовольствия глаза, а в молодом лесу, вдоль дороги, пели славно птицы. Прошло более часа, и я вспоминала пребывание во дворце, как страшный сон. Вдруг, я услышала за спиной, позади нашей крытой повозки, топот приближающейся лошади.

Я посмотрела на Герберта, потом на Сигруша. Во взгляде обоих сквозила тревога. Сигруш нервно провёл рукой по волосам и резко отдал приказ:

— Сидеть тихо. Я сам разберусь! — и ловко спрыгнул. Что-то сказал вознице.

А я стала тихо плести заклинание «пут». Как говориться — «бережёного бог бережёт», что означает — «на бога надейся, а сам — не плошай!». Это могло сдержать нападающих. Почему-то я подумала о грабителях, промышляющих в этих краях. Может это они?

Я прислушалась, но было тихо. Только издали был слышен голос Сигруша. Не прошло и пяти минут, как тот вернулся и довольно хмыкнул, протягивая мне что-то.

— Курьер его Величества тебе передал какие-то бумаги.

Взяв в руки объёмный рулон, я уже знала что это. Не удержалась и улыбнулась. Герберт отвернулся. Видимо, он устал удивляться, приняв неожиданный приезд королевского курьера на удивление спокойно. Его не терзало любопытство.

По дороге мы бурно обсуждали то, что нам предстоит сделать в первую очередь по приезде в поместье и какие приказы отдать слугам.

Когда мы добрались до родового «гнезда», на небе уже появились первое созвездие с северной стороны. Три звезды, прозванные в народе «Три короля» делились с нами своим светом в ночном небе и говорили о том, что полноценный ужин нам «не светит».

Поместье нас встретило тишиной и покоем. Кое-где в окнах первого этажа дома горел тёплый свет. Подъехав к конюшне, Герберт громко позвал старого конюха.

— Эй! Кто тут есть? Хозяева приехали!

К нам на встречу из недр тёмной конюшни, прихрамывая, вышел заспанный и взъерошенный конюх.

— Ну и чего орать-то? Оставляй повозку во дворе как есть — обратился он к молчаливому и хмурому вознице. Распрягу, обласкаю, накормлю и поставлю коников по стойлам. Я свои обязанности знаю — обиженно пробурчал старый конюх. Увидев рядом с ним Эйну, улыбнулся.

— Ааа! Молодая хозяйка! Пусть звёзды сияют и не меркнут! Доброго вечера! Вот радость-то! Ждали вас завтра. Не обессудьте! Народ притомился за день. Устали от дел земных. Вот рано и легли все! Столько всего вы затеяли! Каждый при деле оказался. Даже я устал и свалился спать прямо на подстилку в стойле. А в пустых стойлах со мною парочка плотников спит. В доме несколько каменщиков дрыхнут. На кухонных лавках спят два паренька. Кое-кого даже в доме пришлось положить. Вы уж не серчайте на нашего домоуправителя. Он как лучше хотел.

Выложив все новости, старый конюх поковылял к повозке.

Возница тем временем сгружал на крыльцо дома вещи Эйны и Герберта — плетёные короба, сумки, деревянные сундучки. Сигруш молча наблюдал за его работой.

На шум во дворе вышли девушки с зажжёнными лампами. Увидев, кто приехал, одна из них бросилась внутрь дома. Вскоре дом ожил — загудел, как потревоженный улей. Наполнился голосами людей, топотом ног и суетой слуг.

* * *

Утро выдалось солнечным, светлым и приятным. Служанка сообщила Эйне первую новость этого утра — наставник хозяйки отправился к себе в лес и обещал вернуться к обеду.

Герберт и Эйна приняли доклады домочадцев — прислуги, кухарки и домоуправителя, а потом потянулась череда приёмов рабочего люда нанятых в разных мастеровых артелях и гильдий. Сверяли сметы и выполненные ими работы. Прошлись по пунктам договоров. Вроде народ мастеровой в накладе и обиде не остался. А люди всё шли и шли.

Но рабочих рук всё равно не хватало. Для работы в парниках и оранжереи требовались женские руки.

После обеда совещались вновь — обсуждали рабочие моменты. Решили, что отремонтированные парники не должны более и дня пустовать. Земля там плодородная и уже прогретая весенним солнышком. Можно рассаду овощей посадить. Всё лето ещё впереди. Значит, не один урожай можно собрать. Для работы в парниках решили нанять пару девушек и вдов из окрестных сёл.