Читаем ББК84Р7-4 М17 полностью

Впрочем, теперь Барак знал, что бывают беды и по-страшнее.

Гард легко сбежал к колодцу Давида.

Здесь, среди зелени долины Эйн-Геди, воздух был чистый и вкусный. Казалось, от каждого вздоха прибавляется сил.

Мимо Гарда промчался козел с красивыми, изящно изогнутыми рогами. Комиссар даже успел поймать испуганный взгляд больших печальных глаз.

«Зачем мне Весть? — подумал комиссар. — Почему бы мне не жить в одной из этих пещер? Стану Робинзоном, смастерю лук, буду охотиться, ловить рыбу... Еще Пятницу какого-нибудь найду. Хорошо бы, конечно, женского пола... И стану ждать, пока эти экспериментаторы на Земле про меня вспомнят. Не может быть такого, чтобы они забыли про меня навсегда!»

Гард опустил голову и руки в колодец Давида. Вода была холодной, но не ледяной, она не ломила зубы.

Исполнив ритуал и заодно утолив жажду, Гард решил искупаться в маленьком озере, которое образовывал летящий с гор небольшой водопад.

Потрогал воду в озере — ледяная. Поднял голову.

Со стороны водопада к берегу плыла женщина. Комиссар не сразу узнал Элеонору. Ее длинные черные волосы были собраны на голове в пучок, из-за чего Элеонора казалась совсем юной.

Она подплыла. Вышла. Подошла к Гарду.

Из одежды на Элеоноре была лишь крошечная набедренная повязка. Но это ее, кажется, вовсе не смущало.

— Ты дошел сюда, Гершен. Это хорошо, — сказала Элеонора вместо «здравствуйте».

«Может, она и есть моя Пятница? — подумал комиссар. — Боже мой, в последний раз у меня была женщина тысячелетия тому вперед».

— Привет, — ответил комиссар, опустив глаза.

Серебряные капельки воды дрожали на груди Элеоноры. Смотреть на это было не то чтобы неловко, но просто невыносимо.

— Я говорила Михаэлю о тебе. И о том, что ты ищешь.

Элеонора подняла руку и распустила волосы. Теперь она была похожа на русалку. На русалку с наглыми и умными глазами.

— И что Михаэль? — спросил комиссар, чувствуя: еще немного, и он набросится на эту женщину.

А что? Все очень романтично. Трава — мягкая, водопад — в меру шумный, погода — в меру жаркая.

— Михаэль не знает тебя, — ответила Элеонора с некоторым удивлением. — Он тебя никогда не видел. А Михаэль видит всех.

— Я просто был очень далеко. Я говорил тебе. Совсем далеко, туда даже Михаэль не заглядывает.

— Для человека, который может заглянуть в Божье царство, нет понятия «далеко», — возразила Элеонора. — Михаэль сказал, ему интересно встретиться с тобой.

Чуть коричневая, гладкая кожа Элеоноры почему-то никак не могла высохнуть окончательно. Она переливалась в лучах неяркого солнца, отчего казалась еще более манящей.

— Так он поможет мне? — спросил комиссар, сглатывая слюну.

— Он должен проверить истинность твой веры. Я ждала тебя, чтобы предупредить: ты должен быть готов к испытаниям.

— Истинность моей веры во что? В кого?

— Истинная вера — это понимание человеком того, что он живет в присутствии Бога. Имя этого Бога, а так же ритуалы с Ним связанные — детали. Гершен, ты в Бога веришь?

Как давно, кажется, этот же вопрос задавал ему его начальник, префект полиции.

Как тогда, так и сейчас Гард не знал, что ответить, и опустил взгляд.

Тем более что смотреть на обнаженную Элеонору все равно было трудно.

Девушка расценила его молчание по-своему:

— Это хорошо, что ты молчишь. Верящий в Бога никогда не кричит об этом. Прощай же, — она повернулась, чтобы уйти, но тут же остановилась. — Запомни, Гершен: Михаэль очень не любит, когда его называют по имени.

— Да знаю я! — не выдержал Гард. — Знаю!

— И еще, — сказала Элеонора совершенно спокойно. — Михаэль утверждает, что Весть каким-то образом тесно связана со мной. Я буду там, где Весть, запомни это.

Спина ее была не менее соблазнительна, чем грудь.

«Ну почему я не брошусь на нее? — думал Гард. — Никого ведь нет. Почему не обниму сзади, не повалю на траву? Почему?»

Элеонора отошла уже довольно далеко и вдруг снова повернулась:

— Запомни, Гершен, человек, который ведет себя достойно, не должен спрашивать: «Почему он так себя ведет?» Ему воздастся. Бог ведь с нами. Бог все видит. Ты — хороший человек, Гершен.

Ведьма! Три тысячи лет прошло, а как были женщины ведьмами, так ведьмами и остались.

И что теперь делать? Сидеть тут и ждать Михаэля или идти его искать по пещерам?

Какие-то он там испытания готовит, этот самый Михаэль, которого нельзя так называть? Ничего. Разные уже были испытания. И это выдержим.

«А где Александр?» — вспомнил комиссар и закричал:

— Александр, эй! Где ты?

О чем-то своем кричали летящие над головой птицы. О чем-то своем грохотал водопад и молчали деревья. И Гард кричал тоже — о своем. Его крик был никому не нужен и никем не был услышан. Комиссар понял, что Александр исчез.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Александр сидел на камне у входа в пещеру и ждал выхода Михаэля.

У Александра было прекрасное настроение. Ему есть о чем доложить своему Учителю.

Михаэль вышел один. Одет он был, как всегда, в хитон из простой светлой ткани.

Александр поднялся и почтительно поклонился Учителю.

— Ты снова сумел объединить неразумных людей и сделать так, чтобы они попали в руки правосудия? — сказал Михаэль, садясь на камень.