Читаем Басни Эзопа полностью

Гадюка ползла на водопой к источнику. А водяная змея, которая там жила, не пускала ее и негодовала, что гадюка, словно мало ей у себя пищи, забирается и в ее владения. Ссорились они все больше, больше и, наконец, условились решить дело схваткой: кто одолеет, тот и будет хозяином и земли и воды. Вот назначили они срок; а лягушки, которые водяную змею ненавидели, прискакали к гадюке и стали ее ободрять, обещая, что они ей помогут. Началась схватка; гадюка билась с водяной змеей, а лягушки вокруг подняли громкий крик — больше они ничего и не умели. Победила гадюка и стала их попрекать, что обещали они ей помочь в бою, а сами не только не помогали, но даже песни распевали. "Так знай же, любезная, — отвечали лягушки, — что наша помощь не в руках наших, а в глотках".

Басня показывает, что где нужда в делах, там словами не поможешь.

91. Собака и хозяин

У одного человека была мальтийская собачка и осел. С собачкою он все время возился и всякий раз, обедая во дворе, бросал ей кусочки, а она подбегала и ласкалась. Ослу стало завидно, он подскочил и тоже стал прыгать и толкать хозяина. Но тот рассердился и велел прогнать осла палками и привязать к кормушке.

Басня показывает, что от природы не всем дается одинаковый удел.

92. Две собаки

У одного человека были две собаки: одну он приучил охотиться, другую — сторожить дом. И всякий раз, как охотничья собака ему приносила добычу с поля, он бросал кусок и другой собаке. Рассердилась охотничья и стала другую попрекать: она, мол, на охоте каждый раз из сил выбивается, а та ничего не делает и только отъедается на чужих трудах. Но сторожевая собака ответила: "Не меня брани, а хозяина: ведь это он приучил меня не трудиться, а жить чужим трудом".

Так и сыновей-бездельников нечего ругать, если такими их вырастили сами родители.

93. Гадюка и пила

Забралась гадюка в кузницу и стала у всех кузнечных орудий просить подачки; собрав, что давали, подползла она к напильнику и его тоже попросила подать ей чего-нибудь. Но тот возразил ей так: "Глупа ты, видно, коли от меня поживы ждешь: я ведь не давать, а только брать ото всех привык".

Басня показывает, что глупы те, кто надеется разжиться у скряги.

94. Отец и дочери

У отца были две дочери. Одну он выдал за огородника, другую — за горшечника. Прошло время, пришел отец к жене огородника и спросил, как она живет и как у них дела. Она отвечала, что все у них есть, и об одном только они молят богов: чтобы настала гроза с ливнем и овощи напились. Немного спустя пришел он и к жене горшечника и тоже спросил, как она живет. Та ответила, что всего им хватает, и об одном только они молятся: чтобы стояла хорошая погода, светило солнце и посуда могла просохнуть. Сказал ей тогда отец: "Если ты будешь просить о хорошей погоде, а сестра твоя о ненастье, то с кем же должен молиться я?"

Так люди, которые берутся за два разных дела сразу, понятным образом терпят неудачу в обоих.

95. Муж и жена

Была у человека жена, нрава которой никто вынести не мог. Решил он проверить, будет ли она так же вести себя и в отцовском доме, и под благовидным предлогом отослал ее к отцу. Через несколько дней она вернулась, и муж ее спросил, как ее там приняли. "Пастухи и подпаски, — отвечала она, — смотрели на меня очень сердито". — "Ну, жена, — сказал супруг, — уж если на тебя сердились те, кого с их стадами и дома не бывает с утра до вечера, то что скажут другие, от кого ты целый день не отходила?"

Так часто по мелкому можно узнать важное, по явному — скрытое.

96. Гадюка и лиса

Змея плыла по реке на пучке терновника. Лисица увидела ее и сказала: "По пловцу и корабль!"

Против человека дурного, что берется за злые дела.

97. Волк и козленок

Козленок отстал от стада, и за ним погнался волк. Обернулся козленок и сказал волку: "Волк, я знаю, что я — твоя добыча. Но чтобы не погибнуть мне бесславно, сыграй-ка на дудке, а я спляшу!" Начал волк играть, а козленок — плясать; услышали это собаки и бросились за волком. Обернулся волк на бегу и сказал козленку: "Так мне и надо: нечего мне, мяснику, притворяться музыкантом".

Так люди, когда берутся за что-нибудь не вовремя, упускают и то, что у них уже в руках.

98. Волк и козленок

Волк проходил мимо дома, а козленок стоял на крыше и на него ругался. Ответил ему волк: "Не ты меня ругаешь, а твое место".

Басня показывает, что выгодные обстоятельства придают иным дерзости даже против сильнейших.

99. Продавец статуй

Один человек сделал деревянного Гермеса и понес на рынок. Ни один покупатель не подходил; тогда чтобы зазвать хоть кого-нибудь, он стал кричать, что продается бог, податель благ и хранитель прибыли. Какой-то прохожий спросил его: "Что же ты, любезный, продаешь такого бога, вместо того чтобы самому им пользоваться?" Ответил продавец: "Мне сейчас польза от него нужна скорая, а свою прибыль он обычно приносит медленно".

Против человека корыстного и нечестивого.

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Государство
Государство

Диалог "Государство" по своим размерам, обилию использованного материала, глубине и многообразию исследуемых проблем занимает особое место среди сочинений Платона. И это вполне закономерно, так как картина идеального общества, с таким вдохновением представленная Сократом в беседе со своими друзьями, невольно затрагивает все сферы человеческой жизни — личной, семейной, полисной — со всеми интеллектуальными, этическими, эстетическими аспектами и с постоянным стремлением реального жизненного воплощения высшего блага. "Государство" представляет собою первую часть триптиха, вслед за которой следуют "Тимей" (создание космоса демиургом по идеальному образцу) и "Критий" (принципы идеального общества в их практической реализации). Если "Тимей" и "Критий" относятся к последним годам жизни Платона, то "Государство" написано в 70—60-е годы IV в. до н. э. Действие же самого диалога мыслится почти одновременно с "Тимеем" и "Критием" — приблизительно в 421 или в 411—410 гг., в месяце Таргелионе (май-июнь). Беседу в доме Кефала о государстве Сократ пересказывает на следующий день друзьям, с которыми назавтра будет слушать рассуждения Тимея. Таким образом, "Государство", будучи подробным пересказом реальной встречи Сократа и его собеседников, лишено всякой драматичности действия и незаметно переходит в неторопливое, внимательное изложение с примерами, отступлениями, назиданиями, цитатами, мифами, символами, вычислениями, политическими и эстетическими характеристиками и формулами.Судя по "Тимею" (см. вступительные замечания, стр. 661), беседа происходила в день празднества Артемиды-Бендиды, почитаемой фракийцами и афинянами. Эта беседа в Пирее, близ Афин, заняла несколько часов между дневным торжественным шествием в честь богини и лампадодромиями (бегом с факелами) тоже в ее честь. Среди действующих лиц главное место занимают Сократ и родные братья Платона, сыновья Аристона Адимант и Главкон, оба ничем не примечательные, но увековеченные Платоном в ряде диалогов (например, в "Апологии Сократа", "Пармениде"). Известно, что Сократ отговорил Главкона заниматься государственной деятельностью (Xen. Mem. III 3).Хозяин дома, почтенный старец Кефал, — известный оратор, сицилиец, сын Лисания и отец знаменитого оратора Лисия, приехавший в Афины по приглашению Перикла, проживший там тридцать лет и умерший в 404 г. Здесь же находится сын Кефала Полемарх, который в правление Тридцати тиранов был приговорен выпить яд и погиб без предъявленного обвинения, в то время как Лисию, младшему брату, удалось бежать из Афин (Lys. Orat. XII 4, 17—20). Среди гостей находится софист Фрасимах из Халкедона, человек в обращении упрямый и самоуверенный, однако ценимый поздними авторами за "ясный, тонкий, находчивый" ум, за умение "говорить то, что он хочет, и кратко и очень пространно" (85 В 13 Diels). Фрасимах этот, профессией которого считалась мудрость (там же, В 8), покончил самоубийством, повесившись (там же, В 7).При обсуждении важных общественных проблем присутствуют молча, не принимая участия в разговоре, Лисий и Евтидем — третий сын Кефала (последний не имеет ничего общего с софистом Евтидемом), а также Никерат, сын известного полководца Никия, софист Хармантид из Пеании и юный ученик Фрасимаха. Что касается Клитофонта, сына Аристонима, софиста и приверженца Фрасимаха, то в перечне действующих лиц диалога он не значится, хотя кроме указания на его присутствие в доме Кефала (I 328Ь) он несколько раз подает реплику Полемарху (I 340а—с).Излагаемые Сократом идеи находят постоянную оппозицию со стороны Фрасимаха, в споре с которым как с софистом (ср. "Протагор", "Гиппий больший", "Горгий") яснее вырисовы вается и оттачивается истина Сократа.

Платон

Философия / Античная литература / Древние книги