Читаем Банджо полностью

Но ни на самой улице, ни в подворотнях Гэс никого не видел. Казалось, весь город или спит, или полностью обезлюдел, и остались лишь кошки да крысы, шныряющие среди мусорных ящиков, разбросанного по земле мусора и разбитых бутылок, валяющихся прямо на земле. Нестерпимая вонь, исходившая от многочисленных боен и наполнявшая весь город, лишь усугубляла ощущение, что город умер и разлагается.

Но куда ему идти? Вернуться на товарную станцию? Невозможно. Полиция будет искать его именно там. Рана болела, колени подгибались, но он продолжал идти вперед - ничего другого не оставалось. Хотя, собственно, идти было некуда. Он здесь никого не знал, но если он не спрячется в этом скопище домов-развалюх или не найдет себе такое пристанище, чтобы жить незамеченным и неузнанным, то где же еще ему удастся это сделать?

Из узкой боковой улицы, куда еще не добрался свет раннего утра, вынырнул человек. Но это был не грабитель и не убийца, а все тот же толстый рыжий полицейский в гражданской одежде, который говорил с Гэсом на товарной станции.

- Эй, парень, - окликнул он Гэса. - Я вот подумал-подумал и решил у тебя спросить: чего это ты бродишь один по улицам? Да еще в такую рань в воскресенье?

- Ну, просто прогуливаюсь, - ответил Гэс, стараясь подавить в себе все растущий страх.

- Интересненько, - сказал полицейский. - А вот мне кажется, ты скрываешься от закона.

- Нет, сэр, нет, что вы!

- А ты откуда?

- Вы имеете в виду: где я живу, мой адрес?

- Я имею в виду, не из графства ли ты Форд, в штате Канзас, а? - Лицо полицейского от удовольствия покраснело еще больше: он широко улыбнулся инстинкт подсказывал ему, что он вышел на того, кто был нужен. - А будешь препираться - получишь дубинкой по башке! Как только я тебя увидел, сразу понял: ага, это как раз тот парень, которого я ищу.

Полицейский быстро провел руками по телу Гэса, сверху донизу; Гэс не сопротивлялся, только вздрагивал от неприятных прикосновений.

- Так, оружия у тебя нет... Ага, а где ты такую рану заработал, а?.. За то, что я тебя поймал, мне наверняка дадут повышение. Лейтенант Мориарти - а? Хорошо звучит, правда?

Мориарти был в прекрасном расположении духа; у него был вид кота, только что съевшего канарейку. Перед ним открывались хорошие перспективы на будущее, его наверняка ожидает повышение по службе! Слава Богу, что он не валялся в постели, а так рано поднялся в это воскресное утро. Как там говорят: кто рано встает, тому Бог дает. А на этот раз ему дано было поймать этого отчаянного грабителя с Дикого Запада, этого Августа Гилпина.

- Вытяни руки вперед, Гилпин, я прицеплю на них железяки, - сказал Мориарти, - на всякий случай. Не люблю неожиданностей. Знаю, что такие, как ты, фермерские ребята вырастают здоровыми и дикими как звери. Видел я таких... приезжают к нам в город, на товарную станцию, гляделками ворочают - что тебе тигр в клетке. Чуть что - готовы драться! Только бы смыться!.. Ладно, давай руки.

И Гэс ощущал именно то, что описывал Мориарти: страх, безумное желание спастись, убежать, готовность кусаться, драться, лягаться - все что угодно, лишь бы не потерять свободу.

- Ну, пожалуйста, сэр, - заговорил Гэс, стараясь сохранять спокойствие. - Я никаких банков не грабил, и вообще ничего не грабил... И никого не грабил... я ни в чем не виноват, я ничего такого не сделал... Вы просто ошиблись...

- Ну, это выяснит судья, - прорычал Мориарти; в его голосе прозвучала даже некоторая обида - будто у него отбирали законную добычу. - У тебя на физиономии написано, что ты виновен. Ты прямо воплощение греха! Парень, я на своем веку повидал уже предостаточно всяких мошенников, да, парень, предостаточно. И доложу тебе - вид у тебя самый грабительский. Ну, давай, давай руки.

Мориарти все же немного нервничал: от огромного молодого человека исходили животная неприрученность, напряженность, нарастающая паника. И он, быстро вытащив пистолет, наставил его на Гэса и сказал, медленно и четко:

- Выставляй руки, или, клянусь Богом, я проделаю в тебе хорошую дыру!

- Я никого никогда ни о чем не просил, - сказал Гэс тихим голосом, в котором слышалось даже некоторое сожаление. - И сейчас тоже не буду ни о чем умолять.

Гэс вытянул перед собой руки, сжатые в кулаки. Кулаки казались вырезанными из огромных кусков дуба. Эти мозолистые руки могли поднимать тяжеленные каменные столбы для забора и ставить их вертикально, а вечером эти же руки нежно доили одиннадцать коров подряд, при этом от однообразных движений руки не сводила судорога, и они продолжали работать все так же уверенно и осторожно.

Левой рукой Мориарти снял наручники со своего пояса. Движения у него были уверенные, отработанные, он был большим умельцем в этом деле - держать в одной руке пистолет, а другой рукой вытаскивать и надевать наручники. Однако защелкнув наручник на левой руке Гэса, он совершил ошибку посмотрел парню в глаза. Гэс в упор смотрел на когда-то красивое лицо, на шапку рыжих, вьющихся волос, на невеселую улыбку, на сплющенный от давнего удара кулаком нос.

- Ух ты, вы похожи на киноактера, - сказал Гэс тихо.