Читаем Банджо полностью

Одна сторона рубашки была жесткой от засохшей на ней крови. Засунув руку под рубашку, он стал осторожно отдирать приставшую к телу материю. Это был болезненный и медленный процесс, но через полчаса ему удалось снять с себя и рубашку и куртку. Гэс осмотрел рану - пуля чиркнула по одному из серединных ребер, оставив ровную борозду. Помыться было нечем - воды не было, и небо никакого дождя не обещало.

Гэс попытался счистить засохшую кровь и с одежды; он растирал испачканные места ладонями, мял их, а потом соскребал засохшую кровь.

Товарный состав проезжал мимо городков, освещенных редкими фонарями, но нигде не останавливался.

От голода Гэса охватила слабость. Он всегда ел регулярно и много; отправлялся на работу, сжигал энергию и снова ел, чтобы эту энергию восстановить. А теперь давно прошло время ужина, но в желудке у него было пусто. Скоро придет время завтрака, но поесть ему вряд ли удастся.

Гэс обшарил все карманы и обнаружил пару монет. Так - он остался даже без денег... Гэс громко рассмеялся и, повернувшись к востоку, объявил: "Слушайте все! К вам едет Гэс Гилпин, фермер без фермы, без денег, без чемоданов с вещами. Пожелайте ему удачи и не обижайте!"

Его смех вырвался из открытой двери вагона, но тут же потонул в однообразном грохоте стальных колес по стальным рельсам.

Бедная мама, подумал Гэс. Она будет считать, что ее постигло бесчестье. Соседи будут называть меня бешеной собакой, разбойником, изгоем. Вот так дела! Я - разбойник?!

Гэс заставил себя думать о чем-нибудь другом. Ему казалось, что гнев и раскаяние, продолжавшие клокотать в груди, еще больше разрывают его ноющую рану.

Пришел чистый, холодный рассвет. Скоро зима. Гэса мучили голод и страх перед совсем неизведанным миром, который ничего не слыхал о Гэсе Гилпине из графства Форд, что в штате Канзас.

Гэс стал натягивать на себя рубаху, испытывая боль при каждом движении. Потом надел на свои широкие плечи и куртку из синей джинсовой ткани. Она была почти новой, еще не выцветшей. Будем надеяться, подумал Гэс, что она почти полностью скроет большое темное пятно на рубашке. Потом Гэс попытался расчесать волосы, запуская в них растопыренные пальцы; потер лицо твердыми как камень ладонями.

Повеяло тяжким духом скотопригонных дворов. Потом он увидел ряды обветшалых кирпичных домов, покрытых копотью и грязью - как здесь могут жить люди? Дома шли вдоль колеи, которая раздвоилась. Рельсовых путей становилось все больше и больше. По обеим сторонам вагона мелькали вереницы других товарных вагонов; стрелки с дистанционным управлением переключались, и состав, в котором ехал Гэс, переходил с одной колеи на другую, с одной на другую. Состав стал замедлять скорость, будто растерявшись в огромном пространстве, наполненном грохотом, паровозными гудками, стальными рельсами, дымом и товарными вагонами, прибывшими со всех концов страны.

Гэс совершенно не представлял себе, что ему теперь делать. Но, вспомнив о содеянном, решил, что пока ему лучше всего будет оставаться никем не узнанным, скрытым от людских глаз.

Но так или иначе нужно куда-то двигаться дальше, найти какое-то пристанище. Работу, наконец.

Состав настолько замедлил скорость, что можно уже было различать отдельные куски шлака, насыпанные вдоль колеи; вонь из боен, где молоты несли смерть неисчислимому количеству коров и свиней, становилась невыносимой. Сквозь дверной проем Гэс пытался высмотреть горизонт или нечто такое, к чему он мог бы направиться, но видел он только почерневшие от дыма, безликие здания. Наконец, отчаявшись увидеть что-нибудь кроме ползущих мимо него кусков шлака, угнетаемый невероятной вонью, Гэс сел в проеме на пол, и ухватившись правой рукой за край стенки, стал опускать вниз ноги, размахивая ими как при беге - ему не хотелось после прыжка упасть лицом в шлак. Прижимая локоть к ране в боку, прыгнул.

Соскочив на землю, Гэс по диагонали отправился к старому железнодорожному вагону, серому и закопченному, как и все вокруг; в нем жила передвижная ремонтная бригада рабочих-путейцев. Подойдя к нему, он прислонился к его ржавым металлическим ступенькам и перевел дыхание. Он старался не очень глубоко вдыхать воздух - боялся, что стошнит. Оглянувшись, он увидел группу полицейских в форме, направлявшихся по колеям к вагонам состава, на котором он приехал. Полицейские крикнули что-то машинисту и тормозным кондукторам; им что-то ответили; полицейские стали заглядывать под вагоны; пара их залезла даже на крышу одного из вагонов, а остальные стали осматривать все. Свора собак, выслеживающих раненое животное.

Гэс наблюдал за ними, не подозревая еще в тот момент, что ищут его. Но открытая дверь вагона, у которого он стоял, манила, и какое-то шестое чувство подсказывало ему: туда, туда. Гэс стал медленно подниматься по ступенькам, спиной к вагону и лицом к обыскиваемому составу невдалеке.

- Эй, ты, парень! - раздался сильный голос.

Гэс замер и приготовился бежать.