Читаем Баллада о неудачниках (СИ) полностью

— Цыц. Я понял, — сказал я и оборвал связь. Потому что я понял. Я знал этот гребаный дуб. И ручей, вдоль которого рос рогоз, тоже знал. Наверное, нужно сходить в церковь. Мессу заказать благодарственную или что-то такое. Потому что в лесу тысячи деревьев, и все они одинаковые, как яйца от одной наседки. Вилл могла стоять под любым, и хер бы я что понял. Но гнилой дуб — это совсем другое! Мне, мать твою, повезло!

Через полчаса я вывалился на поляну, пыхтя и сопя, как загнанный секач. Вилл, стоящая под тем самым дубом, открыла было рот, но так ничего и не сказала, только таращилась круглыми блестящими глазами. А я пыхтел, согнувшись, хватал ртом влажный густой воздух, и капли пота падали у меня с носа.

— Ты что, бежал? — наконец выдавила Вилл.

— Нет. Я. Тут. Гуляю, — выплюнул я, стирая язык о шершавое небо.

— От кромлеха, я имела в виду?

Я не стал отвечать. Тяжело прошел мимо, свалился на карачки и плеснул ледяной водой в лицо. Жидкая грязь пропитала мне колени, испачкала рукава, но мне было плевать. Я пил.

Вилл терпеливо ждала. Я еще поплескал себе водой в лицо, намочил волосы и отер шею. Отрастающая щетина скребла ладони. Так и помру небритым. Вот досада. Я выпрямился, огляделся, выбирая место посуше. Присмотрел выемку у корней и плюхнулся точно в нее, вытянув гудящие ноги.

— Так. А теперь рассказывай. Я слушаю.

— Ты охренел?

— Я не охренел. Я слушаю.

Сверху зашипело, небо перечертило лиловым, и я метнулся вперед, подбив Вилл под колени. Тонко вскрикнув, она шлепнулась на землю, и я навалился сверху — так, чтобы плечом бестолковую голову закрыть. Лиловое врезалось в невидимый купол, разбилось в искры и рассыпалось, обрушив вниз град из листвы и веток.

— О! — сказал я.

— Ну да, — Вилл почесала затылок, которым с маху приложилась о корень. — Не хочешь с меня слезть?

Я прислушался к ощущениям. Вилл была где надо кругленькая и где надо мягонькая, теплая, как бельчонок. Нет, не хочу. Отлично лежим же. Я приподнялся на локтях.

— Вообще-то я тебе жизнь спасал.

— Я оценила. Спасибо. А теперь слезай. Ты мне ногу отдавил, дылда тяжеленная.

Я еще чуть-чуть позакрывал Вилл от воображаемой опасности, а потом не спеша сполз. Ну должно же быть в жизни хоть что-то приятное. Не все же раненым оленем по лесу скакать.

Когда вернусь, — если вернусь, — первым делом глазастенькую чернулечку с кухни найду, как ее там, не помню. А то ведь затрахался в пень — а удовольствия никакого. Вернусь, найду чернулечку — и сутки из кровати не вылезу. Буду есть в кровати, пить в кровати, спать в кровати. Ну и чернулечку тоже в кровати. Буду. Благодать!

— О чем задумался?

— О диспозиции. Все, голова прошла? Рассказывай.

Вилл вытащила из волос обломок ветки, печально оглядела его и швырнула в сторону.

— А что рассказывать? Я тут, они там. Я их накрыть не могу — успевают увернуться. Они меня накрыть не могут — сил не хватает щит пробить. Вот. Сидим.

Именно. Сидим.

— И как долго сидеть будем?

— Пока не встанем. Они бьют изредка, а я щит все время держу. Ну и на телепорт у них амулеты, а я вручную схлопнувшийся портал расконсервировала. У кого первого мана закончится, тот и проиграл.

Нихера не понял. Но суть уловил.

— То есть у нас проблемы.

— Пока нет.

— Как у того мужика, который со скалы сорвался. И пока летел, кричал, что все отлично, не стоит беспокоиться.

— Я тоже этот анекдот знаю!

— Его все знают. Ему столько же лет, сколько и скалам. Ты зачем следом за этими двумя рванула? Пускай бы себе по лесу бегали хоть до Рождества.

— Не бегали бы. Вернулись, причем быстро. Я одного из них знаю. В нашей конторе работает. Ему теперь деваться некуда. Хочешь не хочешь меня прикончить надо, чтобы все это дерьмо не всплыло. Это тебе не пакет дури через круг перебросить. Торговля людьми — это серьезно.

Я обдумал.

— Ерунда. Они бы упирались, если бы ты была единственной, кто против них свидетельствовать может. Но есть же еще я.

— Ты? Откуда? Тебя тут нет.

— Ты совсем дура, что ли? Тебя тут убивают, на случай, если ты не заметила. Хер с ней, с работой, обидно, но что ж теперь. Другую найдешь. Может, хватит в секреты играть?

— Сам дурак. Какие секреты? Я же нормально объясняю — эти гондоны тебя просто не видят. Ну сам подумай: у тебя ауры с комариный хрен, для мага ты невидимка, пока в поле зрения не находишься. А я полыхаю, как сигнальный огонь.

Ага. Вон как.

Я уперся спиной в ствол и прикрыл глаза. Что мы имеем?

Есть два колдуна, попавшихся на горячем. Не слишком сильных, зато упорных и с убедительными потребностями. Есть единственный свидетель — Вилл. Сильная, но медленная и неуклюжая.

Что будут делать колдуны?

Во-первых, они в курсе, что Вилл медленная. Во-вторых, они ее видят даже на расстоянии. И в-третьих, они знают, что Вилл тут одна.

Что будут делать колдуны?

Идиотский вопрос. Дожимать они Вилл будут, ежу понятно. И дожмут. Пошвыряются шариками своими до вечера, пока Вилл не выдохнется, и возьмут в клещи. Я бы так и сделал. Да любой бы так сделал, если не совсем уж кретин. Как там в шутке-то было? Я медведя поймал. Так тащи сюда! А он не пускает. Вилл поймала медведя. Твою мать.