Читаем Атомная бомба полностью

Характер у Щелкина был крутой, а потому Лаврентию Берии с ним было нелегко. Конечно, всемогущий министр знал о каждом шаге Кирилла Ивановича. В Арзамасе-16 у него были осведомители, которые напрямую докладывали «шефу» обо всем. Причем делали это гораздо быстрее, чем службы самого КБ-11. Бывало, что Берия звонил о каком-то происшествии, случившем в КБ, директору П.М. Зернову раньше, чем он о нем узнавал от своих подчиненных. Ну а Щелкин это «всевидящее око» Берии почувствовал на себе, когда однажды вернулся из командировки и ехал домой на троллейбусе. Случилась авария, Кирилл Иванович получил множество ушибов. Берия сразу же узнал о случившемся и приказал, чтобы отныне Щелкина возил на машине лично один из его заместителей. Некоторое время на вокзале Щелкина встречал сам Кабулов — «правая рука» Берии.

Шеф «Атомного проекта» относился Щелкину с великим уважением. В частности, и за то, что Кирилл Иванович в глаза говорил, что думал, и всегда защищал своих сотрудников.

Два полковника МГБ охраняли Щелкина днем и ночью…

Казалось бы, великое доверие оказано было тем, кто создавал ядерное оружие. Но тем не менее у каждого был «дублер». Это на тот случай, если бы испытания первой атомной бомбы оказались неудачными. Судьба руководителей КБ-11, и в первую очередь Харитона и Щелкина, наверняка оказалась бы трагичной.

Кстати, «дублер» Щелкина приехал на полигон в августе 1949 года. Во время испытаний он был не нужен, а потому Щелкин распорядился отправить «дублеРа» назад в Арзамас-16. Кириллу Ивановичу намекнули, что так распорядился сам Берия. Но Щелкин был непреклонен: «Лишние люди здесь не нужны!» Его приказы во время испытаний все обязаны были выполнять немедленно.

Отчет КБ-11 об испытаниях первой атомной бомбы писал К.И. Щелкин. В нем, в частности, говорится: Кирилл Иванович Щелкин — один из главных персонажей «Атомного проекта СССР».

«В 5 утра все, за исключением К.И. Щелкина, С.Н. Матвеева, Г.П. Ломинского, А.П. Завенягина, А.С. Александрова и П.М. Зернова, покинули башню. С поля был эвакуирован весь личный состав, кроме офицеров охраны МГБ. Осмотр изделия, снаряжение его капсюлями-детонаторами, подключение к подрывной схеме и повторный осмотр заняли около часа и были закончены к 6 утра. О ходе этих операций Зернов по прямому проводу докладывал Курчатову, находившемуся на командном пункте… Все, находившиеся в башне, спустились вниз по лестнице. Замыкающими были А.П. Завенягин и К.И. Щелкин, который вышел последним и опломбировал вход в башню».

Через несколько минут Кирилл Иванович начнет пить «валерьянку». Сказалось сильное напряжение при установке детонаторов. В степи гулял сильный ветер, и башня раскачивалась. От ударов капсюли-детонаторы могли взорваться…

Зернов, Щелкин, два фотографа и дозиметрист на легковой открытой машине поехали в эпицентр взрыва.

Им нужно было подготовить подробный отчет, а потому все они должны были увидеть собственными глазами.

«После душа все сели за обильно уставленный едой стол, — рассказывал много лет спустя сыну Кирилл Иванович. — Перед каждым стояла бутылка водки. Задача одна — выпить как можно больше. Врач следил за теми, кто мало пил, и подливал. Водкой пытались снизить самую большую опасность пребывания людей в зараженной местности. Участники «поездки» знали обо всех опасностях, подстерегавших их, и постарались их избежать».

Но радиация все-таки настигла практически всех, кто слишком тесно был связан с оружием. И.В. Курчатов, П.М. Зернов, К.И. Щелкин и многие другие ушли из жизни, хотя им не было и 60 лет…

За создание первой атомной бомбы К.И. Щелкин был удостоен звания Герой Социалистического Труда. Это случилось в 1949 году. В 1951 и 1953 годах ему еще дважды даются Звезды Героя. В 1953 году он избирается членом-корреспондентом Академии наук. Через два года он становится Научным руководителем и Главным конструктором второго ядерного центра, который создается на Урале. В 1958-м году за создание новейших образцов термоядерного оружия ему присуждается Ленинская премия. Казалось бы, жизнь складывается прекрасно. Но между руководством страны и некоторыми ядерщиками возникает конфликт. К сожалению, о нем почти ничего не известно. И сегодня государственные архивы тщательно хранят его детали. Тем более что главные фигуры в этом противостоянии — Игорь Васильевич Курчатов и Кирилл Иванович Щелкин с одной стороны, а с другой — Никита Сергеевич Хрущев.

Первым масштабы ядерного безумия, захватившего США и СССР, понял и оценил Игорь Васильевич Курчатов. Он был потрясен последствиями взрыва водородной бомбы. Они, физики, выпустили на волю ядерного дьявола, и Курчатов почувствовал, насколько опасно это для цивилизации. Он последовательно и настойчиво говорил о ядерном разоружении. Он выступал против новых испытаний, доказывал, что создавать супербомбы нет необходимости. Его активно поддерживал Щелкин. В Челябинске-70 он ориентировал всех на создание миниатюрного и компактного ядерного оружия. Именно таким оно поможет сдерживать любого агрессора, да и не потребует огромных средств.