Читаем Артания полностью

– Сам вернусь, – вырвалось у него, и по ее улыбке понял, что невольно ответил согласием. Озлившись, спросил сердито: – А что я увижу?

– Там, – ответила женщина. – Все там. Прямо из воздуха она вытащила длинный плащ с капюшоном, накинула на плечи. Придон поймал ее оценивающий взгляд, потом она сказала с брезгливой гримаской:

– Ладно, я тебя проведу. Это будет стоить головной боли на полдня, но… ладно. За удовольствие смотреть на такую фигуру надо чем-то платить. А мы, женщины, на что только не идем ради красивого мужчины.

Она отступила в сторону, он понял, что надо идти, шагнул к двери. В проеме увидел стража с неестественно застывшим лицом. Женщина приложила палец к губам. Придон кивнул, вышел, задерживая дыхание и стараясь не топать.

У его двери, оказывается, дежурили четыре стража. Сейчас все тупо таращились в пространство. Придон пошел за женщиной, она двигалась по широкому коридору, зад вилял из стороны в сторону, но спина оставалась прямой и гордой, как у артанки.

Светильники источали нежный золотой свет и наполняли пространство пряным запахом, в котором было нечто от гнили. Женщина вела по коридорам, переходам, стражи их не замечали, даже встретили хихикающую парочку, Придон задел его ненароком, тот лишь остолбенело уставился в стену напротив.

Из дворца выскользнули также без помех, лицо женщины покрылось мелкими бисеринками пота. Дышала она учащенно, Придон сочувствующе молчал. Когда пересекли площадь, сказал виновато:

– Отдохнем в тени?

Она бросила быстрый взгляд:

– Зачем?

– Да что-то ноги устали, – ответил он.

– Артанин, – бросила она беззлобно. – Даже соврать не умеешь!.. Но как же, защитить женщину – долг… У нас бы мужчина еще и сверху на мои узкие плечики. И ножки бы вот так свесил… Ладно, пойдем. Больше не скрываемся.

Он кивнул, пошел рядом посреди улицы, плечи раздвинул, а мышцы взбугрил. Если кому не нравится, он готов объяснить на кулаках, топорах или даже мечах, конным или пешим, что ему так нравится, а кто не одобряет, тот пусть попробует артанской отваги!

Город накрыт звездным небом, луна выглядит выкованной куявскими мастерами, крыши блестят, будто после дождя: в этой части города покрыты серебром и золотом. Ведьма посматривала насмешливо, потом в ее глазах он уловил сочувствие, насторожился.

– Теперь скажешь, куда идем? – потребовал он.

– Во-о-он там перекресток, – ответила она, – видишь?.. Если идти прямо, ты увидишь большой богатый дом. Очень богатый. Сегодня, как и вчера, в этот дом придет один человек… Тайком, как вор.

– Мне его остановить? – спросил он и вскинул руку, чтобы коснуться рукояти топора. Лунный свет красиво высветил могучие мышцы.

– Да, – ответила она, добавила поспешно: – Но не то, что ты думаешь… Не обязательно сражаться, драться, даже ссориться.

– А что же?

– Просто взгляни, – повторила она настойчиво. – Он будет в таком же плаще с капюшоном, как и я. Сорви с него капюшон, посмотри в его лицо. Только и всего.

– Он колдун?

– Да нет же, – ответила она терпеливо. – Тебе ничего не грозит. Мы знаем, кто это. Но хотим, чтобы узнал и ты. Придон сказал рассерженно:

– Ничего не понимаю. Так скажи! Незачем вот так ночью…

– Ты не поверишь, – ответила она коротко. Хлопнула его по широкой спине. – Все, иди сам! Затаись в тени, он скоро появится.

Она остановилась, Придон сделал по инерции шаг, повернулся, ее тонкая фигура задрожала и растворилась в ночном воздухе. Рассерженный и встревоженный, он оглядывался, прислушивался к каждому шороху. Затаился в тени, чувствуя себя глупо, не по-артански прятаться. Разве что убедить себя, что в боевой засаде…

На том конце улицы показался человек. Двигался по темной стороне улицы, горбился, явно стараясь не привлекать внимания, хотя ночью кто на него будет пялиться. Ко всему еще и широкий капюшон надвинул так, что выглядывает только подбородок.

Когда человек приблизился и показался на освещенном лунным светом пространстве, Придон успел заметить, что подбородок широк и тяжел, выдвинут вперед, раздвоенный строго посредине. Если бы не этот надменный подбородок, так и вызывающий на ссору, Придон, может быть, пропустил бы мимо, показалось вдруг глупо хватать кого-то из темноты, но подбородок, подбородок…

Ноги как подбросили его от земли, он выпрыгнул из тени и заступил незнакомцу дорогу. Тот от неожиданности отпрянул, рука метнулась к поясу. Два ножа одновременно блеснули в призрачном лунном свете. Незнакомец вскрикнул: – Придон?

Придон вздрогнул, голос чересчур знаком, но почему здесь, ноги сами сделали шаг навстречу, а свободная рука отбросила капюшон с головы чужака, не обращая внимания на острие ножа у своего живота.

На него с великим изумлением смотрел… Скилл. Еще с большим изумлением и страхом воззрился Придон. Его старший брат, в которого он влюблен, как в сильного и могучего отца, в куявском плаще, под плащом пышная куявская одежда. Даже сапоги куявские: из тонко выделанной кожи, мягкие, удобные, легкие…

Скилл вскрикнул:

– Придон!.. Ты?

– Я, – ответил Придон. – Но ты… разве это ты?