Читаем Арарат полностью

– Десять минут, если ускоримся, – ответил Хакан. – Максимум пятнадцать. Это уже недалеко. Но даже там надо тщательно соблюдать осторожность. Используйте треккинговые палки, если они есть.

– Нам всем следует держаться вместе, – сказала Мериам, оглядывая лица людей, собравшихся вокруг, оценивая их ужас и шок.

– Черта с два! – возразила Белинда, пряча глаза за очками и балаклавой. – Каждый должен ползти в одиночку и держаться от других подальше. Я лично так и поступлю. Я буду в зоне видимости, но не подойду ни к кому из вас, пока мы не спустимся.

Остальные молчали. Вместо этого все принялись с подозрением изучать друг друга, чуть не подрагивая от страха и паранойи. Мериам разделяла их настроение. В данной ситуации она не могла оставаться безучастной. Переводя взгляд от одного человека к другому, она искала любой намек на безумную усмешку или оранжевый блеск в глазах. Все остальные занимались тем же самым.

Может ли демон до сих пор оставаться среди них? Вдруг он прямо сейчас сидит внутри кого-то, наслаждаясь моментом?

– Если будем держаться вместе, – сказал Уокер, – то в случае атаки демона рядом окажется достаточно людей, чтобы оказать сопротивление и сократить число жертв.

– Или попытаться, во всяком случае, – добавила Каллиопа.

– Вот именно, – согласился отец Корнелиус. – Так что будем держаться вместе. Мы понимаем тех, кто хочет спускаться в одиночку. Но если зло войдет в вас и станет вами управлять, оно может заставить вас сброситься с горы или еще что похуже. А вместе мы будем друг за другом присматривать.

– Я все еще не понимаю, почему это происходит, – резко бросил мистер Авчи. – Профессор Оливьери утверждал, что амулеты из битума…

– Это была теория! – взвизгнул Оливьери столь отчаянно, что Мериам показалось, что душа его разрывается на куски. – У меня были основания… Об этом говорилось в апокрифе… И семья Ноя носила эти чертовы амулеты на себе!

Выжившие, не сговариваясь, стали подниматься один за другим, надевать на плечи рюкзаки, поправлять одежду и балаклавы, затем перебираться через хребет, чтобы начать осторожный спуск.

Мериам глубоко подышала, чтобы успокоить нервы, потом оттолкнулась от плеча Адама и встала на ноги. Голова закружилась, и на мгновение ей показалось, что сейчас она упадет. Адам потянулся, чтобы поддержать ее, но она от него отмахнулась.

– Нет. Если я не смогу идти сама, то тебе придется меня тащить. А это слишком опасно.

Она подышала еще немного – ровно и глубоко, и ей удалось слегка проветрить голову. Во время привала она съела протеиновый батончик и пока еще чувствовала прилив сил. Где-то в рюкзаке Адама лежали кофеиновые таблетки, и она знала, что через какое-то время они ей понадобятся, но пока действенной мотивацией оставался страх.

– Ну ладно, – сказала она. – Пора идти.

Остальные уже перелезли через разлом, когда она стала карабкаться вслед за ними по камням.

– Мериам! – окликнул ее Адам.

Она оглянулась и увидела, как он копается в дебрях водолазки, просунув пальцы между свитером и балаклавой.

– Ты что делаешь?

Нащупав битумный амулет, Адам обхватил пальцем веревочку, на которой он висел, и снял с себя. Прежде чем она успела возразить, он выкинул амулет на снег.

– Понимаю, что ты хочешь сказать, – сказал он. – Но мы оба знаем, что они не работают. Может, демон уже внутри нас, может, зло пустило корни. Не важно. Думаю, наш единственный шанс – выйти за пределы его досягаемости.

– Его досягаемости? – переспросила она, ощутив приступ свежего страха.

– Возможно, он как призрак, который не может покинуть место своего обитания, – пояснил Адам и посмотрел на нее грустными глазами, в которых почти не осталось веры. – Я надеюсь на это… на то, что, как только мы отойдем от пещеры, оно не сможет нам вредить. Если это не так… в смысле, если я ошибаюсь, то нам следовало свалиться с уступа еще в первую ночь, умереть прямо там на месте.

– Не говори так…

Адам отвернулся.

– Ладно, пошли.

Он держался рядом с ней, пока они догоняли остальных. Склон стал более пологим, и спускаться здесь можно было быстрее. Его слова не выходили у нее из головы, и этот взгляд, которым он посмотрел на нее, разбивал ей сердце с каждой секундой размышлений. Она знала о диббуке, о том страхе, который сопровождал его все детство, и ненавидела его бабушку за то, что она привила ему эту темную веру. Тогда он не мог избежать этого. Но теперь не верил ни во что. Теперь он не верил даже в амулет, который, по мнению Оливьери, мог спасти ему жизнь.

Мериам решила свой амулет оставить при себе. В отличие от Адама, она никогда не отличалась религиозностью, но, как оказалось, пережитый ужас вселил в нее веру, которой ей всегда не хватало. Теперь она ни за что не расстанется с амулетом.

Это означало еще и то, что с данного момента ей придется более тщательно присматривать за Адамом.