Читаем Анна Герман полностью

Анна покраснела.

- Будь я музыкантом, - задумчиво рассуждал он, - я бы счел за честь аккомпанировать вам. Завтра Станислав Хорошевский, превосходный импресарио, будет к вашим услугам. Он все уладит!

Действительно, Станислав Хорошевский, бывший военный, довольно моложавый, хотя было ему далеко за пятьдесят, оказался проворным и знающим свое дело администратором. Через день он представил Анне музыкантов, способных молодых людей, которые готовы были отправиться вместе с ней на гастроли в СССР. За свои услуги Станислав Хорошевский запросил крупную сумму.

- Конечно, конечно, - со скрытой горечью отозвалась Анна, - но сейчас у меня нет и ломаного гроша. Я четыре года болела и не выступала. Я и так вся в долгах.

- Сделайте милость, не беспокойтесь, - понимающе перебил ее пан Станислав. - Я вполне в курсе дела. Я требую абсолютного послушания, и тогда через полгода вы сможете не только вернуть все долги, но и вообще поправить свои дела. Кстати, почему вы не приняли предложение итальянцев? Твердая валюта и готовность уплатить за лечение...

- После всего, что случилось, - ответила Анна, - я бы не смогла поехать в Италию. Когда мне снится Италия, я просыпаюсь в холодном поту.

- Понимаю, - согласился Станислав, - но это эмоции! А эмоции - худший враг в нашем деле. Если мы станем руководствоваться ими, то будем ложиться спать голодными.

Анна чувствовала, как этот энергичный человек буквально подавляет ее, пытаясь подо все подвести свой материальный "базис". Судя по всему, ему все равно было где работать - в конторе по заготовке сена или в Варшавской эстраде! Важен был бизнес. В конце концов Станислав привез музыкантов. Музыканты должны были работать над аранжировками. Он освобождал ее от всяких бюрократических формальностей, связанных с поездкой за рубеж большого коллектива. И теперь она могла целиком посвятить себя творчеству, А это счастье! Вспоминалось недавнее. Какой испытывала она подъем, как вся горела, как буквально летала по сцене варшавского Большого! Анна понимала, что здесь ей удается все, что если и существовал для нее раз и навсегда установленный рубеж, который нельзя было "перепрыгнуть", то, пожалуй, тут у нее хватит сил одолеть и эту высоту. Песни, которые она пела, были разно-жанровые - они требовали в одинаковой степени и актерского перевоплощения, и изменения вокального диапазона. И каждая ее песня встречалась шквалом аплодисментов. Может ли быть большее счастье для певицы?

В программу зарубежного турне Анна включила почти все песни из сольного выступления в варшавском Большом театре, несколько старых песен. "Эвридики" решила не исполнять: один раз попробовала на репетиции, и ей показалось что-то не то... Ее главная песня, с которой связана вся ее творческая судьба, на сей раз не получилась. Она начала разучивать "Надежду" Александры Пахмутовой и Николая Добронравова. Песня показалась очень интересной, необычной, свежей - и вместе с тем теплой, на редкость задушевной.

Незадолго до сдачи программы комиссии Анна всерьез задумалась: а хватит ли у нее духу выдержать целый концерт? Да не один, а семьдесят концертов, планируемых на два месяца гастролей.

Комиссия приняла программу прекрасно. Обошлось почти без замечаний, да и те были по пустякам. Но сама Анна, хотя и была удовлетворена результатом прослушивания, чувствовала себя усталой, более того, физически разбитой. Может быть, сказались естественные переживания накануне прослушивания? А может быть, на самом деле она еще далека от своей обычной физической формы и ей сложно выдерживать такие нагрузки? Во всяком случае, прежде чем отправляться в Советский Союз, необходимо "обкатать" программу на родине. Она поговорила с Хорошевским. Тот выслушал ее без особого энтузиазма.

- Поверьте, Станислав, - сказала Анна, - я не меньше нуждаюсь в деньгах, чем вы и музыканты, но есть вещи для меня куда более важные - это выступление перед публикой. - Она замолчала, потом почти шепотом добавила: Может быть, только благодаря этому я еще и живу.

- Я все понимаю, - ответил Станислав, - но согласятся ли ребята? Они ведь не привыкли ездить. Тем более что в Варшаве они могут заработать гораздо больше, чем в поездках.

- Очень прошу вас, Станислав, убедите их, что это необходимо, я буду вам так благодарна. И надеюсь, мне представится случай отблагодарить вас по-настоящему. - Что Анна подразумевала под этим "настоящим"? Она и сама не знала, слова как-то сами по себе сорвались с языка. Но они подействовали.

- Ничего конкретно не обещаю, но сделаю все, что от меня зависит, успокоительно ответил импресарио. Через месяц они отправились в путь.