Читаем Ангел полностью

— Я почти не помню его. Помню лишь, что был человек, называвший себя моим отцом, но я видел его всего раз-другой. Наверное, у него была такая работа, которая не позволяла постоянно жить с семьей.

— Неужели вы никогда не найдете его?

— Я даже не знаю, где его искать.

Он произнес это таким бесстрастным тоном, что казалось: судьба отца его уже совершенно не интересует. Последнее обстоятельство расстроило Касси куда больше, чем рассказанная Ангелом история.

— Чейз Соммерс тоже не знал своего отца, — сказала она. — Но он знал, как его зовут. Это позволило Чейзу довольно быстро разыскать отца, когда он отправился в Испанию. Кроме того, существуют люди, которые занимаются подобными поисками, они знают, как использовать даже самые скудные сведения о тех, кого надо найти. Мы могли бы нанять такого человека, если вы пожелаете.

— Мы?

Покраснев, Касси потянулась к бутылке, чтобы подлить вина в бокалы. Из своего бокала она едва пригубила. Только сейчас ей пришло в голову, что стоило попросить Марию раздобыть для Ангела бутылку виски — хотя это было не так-то просто: ее отец не пил, — пусть даже одна мысль о возможном буйстве подвыпившего Ангела приводила ее в ужас.

— Ну вот, опять я вмешиваюсь в дела, которые меня не касаются, — вздохнула Касси, страстно желая, чтобы гость не заметил ее порозовевших щек. Она не могла себе представить, что может краснеть так часто, как теперь, после знакомства с Ангелом. — Надеюсь, вы меня простите. Не могу противостоять искушению помогать людям.

— Даже если они этого не хотят?

Этот вопрос мог бы смутить ее, но Касси казалось, что ее болтовня не раздражает собеседника.

— Иногда людям нужно немного помочь, чтобы они поняли, чего на самом деле хотят.

Ангел промолчал, тем самым выражая согласие. Он действительно бы рад найти своих родных, возможно единственных на свете людей, которые его любили. Он ужасно тосковал по любви — и не только из-за одинокого детства. Когда Ангел увидел Джесси и Чейза Соммерса, увидел, с какой нежностью они прикасаются друг к другу и смотрят друг на друга, какой любовью сияют их глаза, он понял, что хотел бы того же самого и для себя, хотел бы ощутить влечение к другому человеку, почувствовать его заботу и нежность, все то, чего никогда не знал или знал так давно, что почти не помнил.

Но в глубине души он уже отчаялся обрести такую любовь. Добропорядочные женщины избегали Ангела из-за его репутации. Распутницам же его репутация импонировала, они всегда бывали рады провести с ним ночь, но утром обычно исчезали. Эти женщины не годились для серьезных взаимоотношений, они порхали по жизни, как бабочки.

Но почему Кассандра Стюарт заставила его думать о таких вещах? Нет, дело все-таки не в ней, просто она своими расспросами разворошила в его душе то, что он старательно скрывал, долгие годы страдая от одиночества.

— Простите меня, — произнесла она, отвлекая его от тягостных раздумий. — Я должна сказать… Вы удивили меня своими откровениями. Мне казалось, я много знала о вас, но вы никогда ничего не рассказывали о своем детстве.

Верно, не рассказывал — ни ей, ни кому-то другому.

Правда, он как-то раз поведал Кольту про Старого Медведя, но, кроме него, никогда и никому — вплоть до сегодняшнего дня. Совершенно непонятно, почему он вдруг " выложил все это Касси. Возможно, потому, что она смутила его, сидя так чопорно и чинно; к тому же она была так красива, как никогда прежде. И это было тем более странно, что в ней совершенно ничего не изменилось. Она даже не переоделась к ужину.

И все же он впервые видел ее без накидки, куртки или шали, скрывавших фигуру. Ангел с удивлением отметил, что Касси прекрасно сложена, у нее великолепная грудь и тонкая изящная талия. При свете свечей кожа ее отливала цветом сливок, серые глаза поблескивали серебром. А эти чувственные, чуть приоткрытые губы…

Он не смог бы сосчитать, сколько раз за этот вечер взгляд его обращался к ее губам. Снова и снова смотрел он на них — и когда она говорила, и когда подносила к губам бокал. Ангел едва успел ощутить вкус этих губ, когда она прильнула к нему тогда, но прекрасно помнил, что они показались ему необыкновенно сладкими.

Отрицать это было уже невозможно. Он жаждал снова почувствовать вкус ее губ. А когда Ангел смотрел на ее грудь, он явственно ощущал, что хочет гораздо большего.

Последнее обстоятельство несколько смутило его. Чтобы скрыть свое состояние. Ангел потянулся к бокалу с вином и одним махом осушил его. Ставя бокал на стол, он заметил, что взгляд Касси прикован к шраму на его щеке. Она уже видела этот шрам, хотя и не спросила о его происхождении. Отчасти этот шрам, протянувшийся до самой шеи, скрывался воротничком рубашки и становился заметным лишь тогда, когда Ангел запрокидывал голову или поворачивал ее под определенным углом. Заметив, с какой поспешностью Касси перевела взгляд на стоящую перед ней тарелку, он понял, что и на этот раз она не задаст вопрос о шраме.