Читаем Ангел полностью

Но в темноте у Ангела было не меньше шансов получить пулю, чем у Рафферти, поэтому Касси поспешно добавила:

— Он и утром будет где-нибудь здесь, поблизости, но дело не стоит того, чтобы убивать человека, Ангел. Рафферти не смог бы совершить ничего серьезного. Он был слишком пьян.

— Вы знаете, как я отношусь к подобным выходкам, леди. И если вы все же пострадаете, я не смогу считать, что вернул долг своему другу.

Ей хотелось, чтобы он думал именно о ней, а не о своем собственном долге. И она не желала, чтобы он подвергался ненужному риску. К тому же неизвестно было, что еще мог затеять Рафферти. Репутации бретера он не имел, но это не гарантия того, что у него нет при себе оружия — Рафферти умел с ним обращаться.

Касси услышала, что Ангел сделал несколько шагов к двери, и повернулась, чтобы остановить его, совершенно забыв, в каком виде ее ночная сорочка. Ангел, конечно, не мог как следует разглядеть ее в полутемной комнате. Но все же его взгляд скользнул по глубокому разрыву ворота, и, возможно, он заметил ее наполовину обнаженную грудь. Перехватив его взгляд, Касси невольно вскрикнула и прижала к груди лохмотья сорочки. Лицо Ангела побагровело.

— Проклятый сукин сын, — прорычал он, в ярости сжимая кулаки. — С вами все в порядке?

— Нет. Никак не проходит дрожь в руках. — И не пройдет, если она не сменит тему. — Но как… как же Марабелла оказалась во дворе?

Упоминание о пантере заставило Ангела взглянуть в ее сторону. А Марабелла именно в этот момент решила подойти к нему. Ангел проигнорировал вопрос Касси. Он застыл на месте, словно окаменел. Но Марабелла лишь вскользь коснулась своим гибким телом его ноги и направилась обследовать балкон и ту часть дома, где она бродила до того, как оказалась во дворе.

Ангел мгновенно закрыл за пантерой балконную дверь, Касси услышала, как он, еще не повернувшись к ней, с облегчением вздохнул. Он явно побаивался ее любимицу, несмотря на все заверения Касси, что Марабелла привыкла к людям и неопасна. Оставалось лишь надеяться, что со временем Ангел с пантерой все же наладят дружеские отношения.

Он наконец ответил на ее вопрос:

— На заднем дворе валяется целая куча сырого мяса, а рядом пустой мешок. Слэйтер, должно быть, принес его, чтобы выманить Марабеллу из дома.

— Этим ее из дома не выманишь. Он, наверное, просто вытолкал ее во двор.

Эти слова произвели на Ангела должное впечатление, хотя он не очень-то поверил, что Марабеллу можно было «вытолкать».

— Для этого нужна отчаянная смелость.

— Да нет, что вы… Когда я появилась здесь, мне пришлось рассказать всем и каждому, что Марабелла совершенно безобидное создание. Люди обычно злятся, пугаются, когда видят ее впервые, а потом с удивлением понимают, что бояться-то и нечего.

— Похоже, она даже не притронулась к тому мясу. Зато стала скрестись в мою дверь и чуть ли не до смерти напугала меня, когда я открыл. А она рыкнула и бросилась обратно к дому. Я не мог понять, что все это значит, пока она не пробежала мимо привязанной на заднем дворе лошади, которой там не было, когда я заходил к себе.

— Какое счастье, что вы ее заметили… Ангел кивнул, заметно смутившись. Ему еще не доводилось оказываться в подобных ситуациях.

— Если он так пьян, как вы говорите, то его, наверное, нетрудно схватить, — сказал Ангел.

— Не так уж пьян. Кроме того, мне не хотелось бы, чтобы вы ушли. Я не смогу уснуть, если не буду уверена, что вы где-то поблизости.

— И все же…

— Пожалуйста, Ангел.

И тут Касси расплакалась. Но отнюдь не для того, чтобы произвести на Ангела впечатление. Она и в самом деле испытала чувство, близкое к панике, едва лишь подумала о том, что он может уйти.

— Не плачьте, успокойтесь.

Но Касси, казалось, его не слышала. Она закрыла лицо ладонями, и растрепанные волосы упали ей на руки. Она опять забыла про свою ночную сорочку, но, к счастью, разорванные края не распахнулись.

— Ну же, прекратите. — Ангел снова попытался успокоить ее, но в ответ, она зарыдала еще громче. — А черт!..

Касси вдруг почувствовала, что он обнимает ее. Разрыдавшись, она совершенно не рассчитывала на такую реакцию Ангела. С удивлением Касси почувствовала, что ей приятны его прикосновения.

Ангел не произнес больше ни слова, лишь неловко обнимал ее. Касси немного успокоилась: к счастью, он больше не собирался проливать кровь. Несколько секунд спустя ее ладони легли ему на бедра, а мокрая от слез щека прижалась к его груди.

Вплоть до этого момента Касси не замечала, что его рубашка не только не застегнута, но даже не заправлена в брюки. Девушка была слишком испугана, чтобы обращать внимание на такие вещи. Но когда она прижалась к нему, ее щека коснулась обнаженной груди Ангела.

Ей следовало бы отстраниться, отступить. Именно так должна была поступить благовоспитанная девушка. Но именно это в данный момент ей менее всего хотелось сделать, потому что в объятиях Ангела ей было так хорошо, как никогда прежде. И это казалось чудом, так как Касси всегда испытывала беспокойство в присутствии Ангела.