Читаем Агния Барто полностью

И мы видим, как горда Маша тем, что сумела выполнить очень сложное для нее поручение и как незаметно для себя «Машенька растет». Все это складывается в живую картину, создает внутренне подвижный образ девочки, которая в конце концов стала в чем-то опытней и взрослей, чем была в начале стихотворения. Такое изображение внутреннего мира нашей детворы крайне характерно для А. Барто. Показывая мужественность, решительность, отвагу своих маленьких героев, она воспитывает эти качества у юных слушателей и читателей, для которых жизненный опыт Машеньки близок и поучителен.

Само название цикла «Машенька растет» говорит о многом. Поэтесса не только рисует события из жизни своей юной героини, но вместе с тем соединяет их незримой нитью, протянутой в будущее, и показывает характер своей героини в росте, движении, становлении, что придает динамику каждому стихотворению о Машеньке и соединяет их в нечто цельное.

Подчеркивая общность многих чувств, стремлений, интересов людей самого различного возраста, от малышей до стариков, поэтесса вводит в речь своих юных героев слова и обороты «взрослого» разговора, придавая им подчас комический характер, по-своему «обыгрывая» их, как это мы видим, когда маленькая Маша обращается к мальчугану, за которым ей поручено присматривать.

Так она по-своему и не без важности выражает наглядно ощутимое для нее чувство своего повзросления и понимания того, что с «маленькими» не так-то просто возиться и не так-то легко воспитывать их...

А когда она начинает говорить, «как мама», это для нее не только «взрослые слова» — сейчас она и поистине преисполнена таким сознанием ответственности и долга, что считает вполне уместным для себя перейти на язык мамы.

Так, введение «взрослой» лексики в детский язык означает в стихах А. Барто вызревание чувства долга перед людьми, ответственности перед ними,— чувства, присущего как большим, так и маленьким, внутренне объединяющего их.

Это внутреннее единство наших людей, к какому бы возрасту они ни принадлежали, А. Барто подчеркивает и в стихотворении «Как дружба началась», где речь идет о возрастной — и остро переживаемой ребятами — разнице между «старшими», гордящимися сознанием своей относительной взрослости, самостоятельности, и «малышами», еще в достаточной мере слабыми и несмышлеными, во всяком случае на взгляд их старших братьев и сестер. Те уже учатся в школе, пионеры,— не то что октябрята и дошкольники, на которых они посматривают с пренебрежением и некоторым высокомерием: чего с этими несмышленышами играть и возиться?! А вот А. Барто и здесь активно вмешивается в жизнь своих юных героев и, словно снимая перегородки между ребятами разных возрастов и «званий», обнаруживает, сколько радости могут получить все они от совместных игр, занятий, сборов. И старшие ребята, некогда весьма высокомерно относившиеся к малышам, на основании своего опыта сами приходят к выводу:

Живое общение с «малышами» приносит их старшим товарищам не меньше радости, чем самим малышам. А если иная девочка вообразит себя настолько взрослой, что сочтет зазорным для себя и своих подруг играть в детские игры:

то поэтесса и здесь устами самих школьниц-пионерок разъяснит, что ничего в этом плохого нет:

А вот героиня стихотворения «Я выросла» (1940) в первых его строках с важностью заявляет:

Ей кажется — после того как она начала постигать школьную премудрость, только малолетнему Сереже впору заниматься ее игрушками. Но потом выясняется: какую игрушку ни возьми — хочется самой поиграть с ней. Вот и оказывается — без особой логичности завершает девочка свой рассказ,— что хотя

Так рухнуло напускное высокомерие юной ученой особы, и у нее оказалось очень много общего с малолетним Сережей, на которого она было уж начала поглядывать слишком снисходительно.

Наших людей — любого возраста! — объединяет и стремление познать и изучить окружающий мир, в преобразовании которого они призваны участвовать, творчески-активное отношение к нему, что и подчеркнуто во многих стихах А. Барто.