Читаем Адмирал Империи 24 полностью

— В смысле, останутся и погибнут?! — недовольно воскликнул Кондратий Витальевич, реагируя на мои слова о Хиляеве и его кораблях. — Так дело не пойдет. Тогда я тоже остаюсь. Пусть мы с Дамиром Ринатовичем далеко не в приятельских отношениях и даже дрались на дуэли пару недель тому назад, но это не повод поступать как последний негодяй, бросая часть наших кораблей на съедение султану! Александр Иванович не разочаровывайте меня!

— Подождите, адмирал, не рвите с места карьер, — остановил я поток мыслей Белова. — Это же я так, ради красивого словца сказал, что мы покинем сектор перехода и оставим здесь наших товарищей самих разбираться… Вернее, именно так вы и скажете вашему коллеге вице-адмиралу Хиляеву, понятно?

— Что?! — еще больше вознегодовал Кондратий Витальевич. — За кого вы меня принимаете?!

— Да прекратите палить горячку, — вот уже и я начинал сердиться такой непонятливости своего собеседника. — Я же говорю, все будет понарошку, возьмем Хиляева, так сказать, на испуг. Сам он точно заартачится покинуть «врата», будучи уверенным, что отобьется от всех последующих атак противника. Но мы-то с вами знаем, что это не так… Поэтому, давайте немного схитрим, показав, что мы в любом случае покидаем сектор. Тогда Дамир Ринатович, чтобы спасти свои корабли, вынужден будет последовать за нами… Теперь понятно, что я задумал?

— Ну, если так, то ладно, — недовольно буркнул Кондратий Витальевич. — Однако как вы решили провести Хиляева? Он тот еще хитрюга, сам кого хочешь обдурит…

— Вот для этого вы мне и нужны, — ответил я. — Меня, насколько бы правдоподобно я ни говорил, вице-адмирал расколет на раз… Другое дело, когда об уходе из сектора ему сообщит тот, кто никогда и ни при каких условиях не шутит и шутить не собирается. А зная вашу давнишнюю друг к другу, так скажем, неприязнь, Дамир Ринатович примет ваши слова за чистую монету. Вы ему ничем не обязаны и просто решили сохранить остатки своего подразделения, поэтому срочно покидаете данный район. Вот и все…

— Так, снова есть смысл во всех ваших придумках, — тяжело вздохнул Кондратия Витальевич. — Поэтому, хоть и актер из меня никудышный, попробую сделать вид, что мне плевать на корабли 15-ой «линейной»…

— Спасибо, адмирал, — поблагодарил я, Белова за содействие. — И не прибедняйтесь, таланта лицедея в вас хоть отбавляй…

Нервничая Кондратий Витальевич связался с «Ретвизаном» и выпалил все как на духу Хиляеву в лицо. И кстати, потому, как Белов сильно разнервничался, Дамир Ринатович принял его слова за чистую монету.

— Вы с ума посходили?! — кричал на Белова, вице-адмирал Хиляев, осознав, что находится в безвыходном положении. — На вас итак расстрельная статья висит за покушение на убийство командующего Самсонова, так вы еще усугубляете свое незавидное положение саботажем операции и бегством из сектора?! Нет, я не хочу снова слышать аргументы о том, что сейчас в «Тавриду» войдут тяжелые галеры султана и наша задумка с магнитной сетью не сработает! Это все отговорки, господин трус! Признайтесь в этом, как и в том, что неделю тому назад вы не пришли на помощь моей погибающей дивизии именно по той же причине…

— Вы неправы, Дамир Ринатович, абсолютно неправы, о чем позже будете сожалеть, — не понятно как сдержался адмирал Белов, за что я его после долго благодарил.

В итоге что получилось? Хиляев засуетился, наблюдая за тем, как шесть кораблей из объединенной эскадры, включая тяжелый крейсер «Одинокий» и линкор «Рюрик» оставляют сектор перехода и выстроившись друг другу в кильватер, начинают быстро удаляться подальше от «врат». Кстати, заодно мы уводили с собой и все пять трофейных османских кораблей…

Дамир Ринатович еще около получаса поносил нас с Беловым последними словами в эфире, зная, что мы его слышим. Но после, оставшись один, сильно загрустил и призадумался. Теперь всего с семью оставшимися кораблями, среди которых тяжелых дредноутов у него было всего два вымпела, Хиляев понимал, что не сдержит врага. Сработай ловушка с магнитными тросами или нет, количества кораблей у него не хватит, чтобы противостоять даже группе легких галер и крейсеров адмирала-паши Бозкрута, а не то что гвардейским дредноутам самого султана.

— Ай, черт с вами! — махнул рукой Дамир Ринатович, наконец, решившись на отступление. — Я что самый крайний. Одни улетели к Херсонесу, наплевав на лезущих в «Тавриду» османов, вторые — бегут, испугавшись следующей группу вторжения. Я не всесилен и кораблей у меня с поросячий хвостик осталось, поэтому делать нечего…

Тяжело вздохнув, вице-адмирал Хиляев приказал кораблям 15-ой «линейной» дивизии сниматься с мест и уходить вслед за «Одиноком» и «Рюриком», оставляя «врата» без присмотра. Хиляев увеличил скорость, а мы с Беловым специально летели медленно, чтобы в случае если тот пойдет на принцип и все-таки останется у перехода, успеть туда вернуться, и как можем помочь Дамиру Ринатовичу в битве с галерами султана. Хотя я понимал, что ничем особым помочь мы, если в «Тавриду» действительно войдут гвардейские галеры «Корпуса Силахдаров» не сможем…