Читаем Адептка Эмили полностью

Стук двери застал меня врасплох – я как раз, нагнувшись к зеркалу, сдвигала парик вбок. Как назло, он каким-то образом присосался к моим волосам и не желал съезжать, зато желал сидеть прямо и выдавать меня. Подпрыгнув, я настороженно обернулась. Хэйвуд! А я-то надеялась сначала показаться Генри, чтобы он решил, подозрительно я выгляжу или нет!

– Прошу прощения, – в первый момент он замер на пороге, видимо, пытаясь сообразить, как в гримерку попала девушка. На его лице даже образовалось незнакомое мне учтивое выражение. Впрочем, стоило ему узнать меня – и оно тут же испарилось, как капли воды на траве в жаркий полдень. – А, это ты. Не можешь на себя налюбоваться?

– Угу, – невнятно буркнула я и, увидев в руках Хэйвуда коробку, начала бочком пробираться к дверям. Он же пришел сюда, чтобы переодеться, а я на такое смотреть не желаю. Достаточно того, что я уже изучила коллекцию его шелковых пижам с родовыми гербами. Однако, хоть я и старательно отворачивала голову, сосед все же успел разглядеть нечто, показавшееся ему странным.

– Стой, – вдруг скомандовал Хэйвуд, и я замерла в тени шкафа. Зачем он меня остановил? Неужели догадался?

Между тем Хэйвуд небрежно бросил свою коробку на стол и неспешно приблизился ко мне. Я же все думала, как обогнуть его и скрыться, – как назло, сейчас он загораживал вход.

Рука Хэйвуда вдруг поднялась и медленно, словно преодолевая некую незаметную противодействующую силу, приблизилась к моему лицу. Сначала я со страхом следила за ней, а когда она замерла в паре сантиметров от моей кожи, перевела взгляд на Хэйвуда – что он задумал?

– У тебя волосы криво сидят, то есть парик, – вдруг как-то сдавленно сказал он и, обхватив мою голову двумя руками, сдвинул прическу на сантиметр назад. Ну вот, все мои труды пошли прахом, а ведь…

Я вдруг сообразила, что Хэйвуд все еще смотрит на меня. При этом его лицо было не скептически-презрительным, каким оно обычно становилось в моем присутствии, а скорее растерянным. Его руки все еще сжимали мою голову, и я могла видеть свое отражение в его глазах – серых и холодных, как зимние озера, отчего мне вдруг стало жутко неловко.

Тут Хэйвуд опустил глаза на мои ключицы. Я покосилась, проследив за его взглядом, и обнаружила, что он рассматривает родинку. Маленькую коричневую родинку на моей коже, похожую на крошечную каплю шоколада. Вероятно, мысли о шоколаде пришли в голову не только мне, потому что Хэйвуд вдруг сглотнул, после чего его пальцы, словно против воли, двинулись к обнаженной коже в вырезе платья.

Внезапный стук двери словно вырвал меня из транса. Не сговариваясь, мы с Хэйвудом отпрыгнули друг от друга, как кошки, на которых вылили ведро воды. Впрочем, ворвавшийся в гримерку Томас даже не глянул на нас. Он уже умудрился снести коробку Хэйвуда на пол и теперь был занят тем, что пытался собрать вывалившиеся из нее вещи, попутно сшибая банки и склянки с гримерного столика.

– Мне надо идти, – скороговоркой пробормотала я.

Подхватив юбки, я стремглав понеслась из гримерки, даже не заботясь о том, насколько девчачьим выглядел такой жест. Сейчас мне нужно было убраться оттуда – просто сбежать подальше от Хэйвуда.

Спрятавшись за декорацией, я попыталась успокоиться и мыслить трезво, но получалось плохо. Он догадался или нет? Что он хотел сделать – может, сдернуть с меня платье и проверить, не девушка ли я? Или его просто раздражают родинки? Возможно, он подумал, что это грязь, и решил стереть?

– А вот и Эмиль! – поприветствовал меня кто-то сзади. Подпрыгнув на месте, я чуть не врезалась головой в деревянную подпорку балкона Джульетты.

– Генри! – обернувшись, я с облегчением выдохнула. Вот он-то мне и нужен! – Скажи, я не выгляжу слишком… как девушка? Все нормально?

И, чтобы ему было легче оценить материал, я развела руки в стороны и покрутилась, демонстрируя масштабы проблемы.

– Э-э-э… – невнятно промычал Генри, не отрывая взгляда от моей груди.

Его лицо покраснело, отчего я тут же забеспокоилась. Вдруг он простыл – то говорит хриплым голосом, то его внезапно бросает в жар: налицо явные признаки заболевания. Однако Генри уже собрался с мыслями и поднял взгляд выше, обретя нормальный цвет лица.

– Совсем непохоже, – ответил он, и я непонимающе моргнула.

– Не похоже на женщину или на мужчину? – уточнила я.

– Э-э-э… Да, – еще непонятнее отозвался друг, а после тряхнул головой и с усилием продолжил: – Все нормально. Просто ходи как можно более неуклюже. Или можешь почесать пузо, то есть живот. Мужчины все время так делают.

– Но ты же так не делаешь, – совершенно сбитая с толку, заметила я.

– Я вежливый, – Генри вдруг подмигнул мне и вновь стал прежним: уверенным в себе, остроумным – таким, к которому я привыкла. – А тебе, друг мой Эмиль, нужно быть поприземленнее и, как бы сказать… помужланистее. Все, пора репетировать, пойдем.

С этими словами он схватил меня за плечи и вытолкнул из укрытия. Это хорошо, сама бы я еще долго не осмелилась выйти к другим адептам. Вздохнув, я поплелась в центр зала – ничего не поделаешь, пора показаться всем в женском платье.