Читаем 2666 полностью

Последнюю женщину, погибшую в июне 1993 года, звали Маргарита Лопес Сантос. Она пропала больше сорока дней тому назад. На второй день в полицейский участок номер два мать девушки подала заявление о том, что ее дочь пропала без вести. Маргарита Лопес работала на сборочной фабрике К&T, что на индустриальном полигоне Эль-Прогресо, поблизости от шоссе, идущего в Ногалес, и последних домов района Гуадалупе Виктория. В день, когда она пропала, Маргарита трудилась на фабрике в третью смену, с девяти вечера до пяти утра. Подруги рассказали, что на работу она пришла вовремя, впрочем, как и всегда, — Маргарита была девушкой старательной и ответственной; исчезла она по окончании смены и на выходе из фабрики. Правда, в это время никто ничего не видел, в том числе и потому, что в пять и в полшестого еще темно, а уличное освещение практически отсутствует. В большей части домов на северной стороне района Гуадалупе Виктория нет света. Выходы из индустриального парка — за исключением того, что ведет к шоссе в Ногалес, — тоже недостаточно освещены, дурно заасфальтированы, да и канализация там оставляет желать лучшего: все отходы сливаются в район Лас-Роситас и образуют озеро грязи, которая белеет под солнцем. Так вот, Маргарита Лопес вышла с работы в половину шестого. Это удалось установить с точностью. А потом пошла по темным улицам индустриального парка. Наверное, заметила фургончик, который каждый вечер парковался на пустой площади рядом с паркингом фабрики WS-Inc., — там продавали кофе с молоком и прохладительные напитки и пирожные всех видов: всё для рабочих, которые шли на фабрику или выходили с работы. В основном это были женщины. Но есть Маргарита не хотела или знала, что дома ее ждет ужин, — и не остановилась там. Индустриальный парк, свет фонарей и окон сборочных фабрик остались у нее за спиной. Она перешла дорогу в Ногалес и углубилась в прилегающие к шоссе улицы района Гуадалупе Виктория. Через полчаса должна была пересечь его и выйти к своему району Сан-Бартоломе. В общем, пятьдесят минут ходу. Но в какой-то точке ее пути что-то случилось, что-то пошло необратимо не так, а ее матери потом сказали, что она, вполне возможно, сбежала с каким-нибудь парнем. Ей всего-то шестнадцать, сказала мать, и она хорошая девочка. Сорок дней спустя дети нашли ее труп рядом с халупой в районе Майторена. Правая рука опиралась на несколько листьев микании. Состояние трупа было таково, что эксперт не сумел установить причину смерти. Один из полицейских, что приехали за телом, подсказал, что это за растение. Листья хорошо к укусам москитов прикладывать, сказал он, наклоняясь и подбирая зелененькие остроконечные и твердые листочки.

В июле не было убийств. В августе тоже.