Читаем 2084.ru полностью

Максим сделал понятный жест и тотчас пожалел об этом. Таким неожиданно похотливым и грубым он увидел себя. Но его брутальность мало задела безымянную гостью. Все-таки девушкой она была загадочной. Как говорили раньше, на сложных процентах.

Она уже забралась в телодвижение и теперь опробовала его, двигая подключенной рукой вверх-вниз, вправо-влево. В ответ на предложение Макса она пожала плечами экзоскелета и вытащила из нагрудного кармана рубашки несколько купюр.

Бумажные, не электронные деньги давно стали редкостью, и Макс приготовился торговаться, на всякий случай повернувшись спиной к соглядатаю. И заодно спрятав под рукавом своего осведомителя. Поговаривали, что те обладали рядом недокументированных возможностей. Теперь, если ему повезет, он сможет задекларировать сумму поменьше и сократить налоговую выплату.

Девушка протянула ему семь сотенных, и он взял их, стараясь прикрыть ладонью камеру ее летописца, а затем спросил:

– Я могу узнать ваше имя?

– Может быть, – легко и почти игриво ответила незнакомка и направилась к выходу.

Максим подошел к камере соглядатая и помахал перед ней четырьмя бумажками, фиксируя сумму сделки.

Когда он обернулся, девушка уже спускалась по лестнице. Макс снова вывел на экран картинку с внешнего лицемера и успел заметить, как незнакомка помахала камере рукой. А затем улыбнулась и исчезла из вида, оставив у недоумевающего Максима легкое сожаление и несколько бумажных купюр.

12:59

Надежда ворвалась в лавку стремительно – так же стремительно, как ворвалась в его жизнь. Тогда, несколько лет назад, он еще и не мечтал о собственном деле и работал менеджером по продажам: сидел на холодных звонках и продвигался вперед по списку потенциальных клиентов, от одного сброшенного звонка к другому. День походил на день, пока однажды офисное пространство вдруг не забурлило, не вспенилось громкими разговорами, не похожими на профессиональные скороговорки операторов. По опенспейсу носился пестрый вихрь. Он остановился перед Максимом и швырнул ему на стол рекламный буклет.

– Что это? – спросил вихрь. Теперь, когда он замедлил движение, в нем можно было узнать худенькую девушку в цветастом платье.

Макс выключил гарнитуру и улыбнулся, не в силах противостоять ее энергичному напору:

– Телодвижение. Экспериментальная разработка. Она позволяет…

– Я читала брошюру. – Девушка уперлась руками на стол и наклонилась, чтобы с вызовом посмотреть Максиму в глаза. – Телодвижение, это вот зачем?

В первую их встречу он не нашел что сказать. С тех пор Макс вырос из простого продавца во владельца лавки по продаже телодвижений, но и сейчас он не мог дать ответ, приемлемый для Надежды – уличного проповедника, восхваляющего святого Кэррингтона и призывающего Второе Событие.

Многие почитали ее как городскую сумасшедшую, но Максим неоднократно становился очевидцем, иногда даже официальным, того, что в любых обстоятельствах Надежда действовала разумно и добро. Индекс гражданина у Надежды был высокий, категории ААА+.

Она уселась за широкий рабочий стол, машинально схватила какую-то вещицу и начала быстро крутить ее в руках. Макс узнал брелок от летописца предыдущей гостьи и с удовлетворением подумал, что она может за ним вернуться.

Он перевел взгляд на Надю и присмотрелся к ней, подмечая с некоторой самому непонятной грустью и появившиеся на ее лице морщинки, и притягательные губы, уголки которых изредка опускались вниз в мгновенной и вряд ли осознаваемой гримасе, и порастраченную быстроту резких движений.

Надежда была скорее обаятельной, чем красивой, как тактично формулировал Максим, но льющаяся из нее энергия по-прежнему покоряла и влекла за собой.

– Хочешь продам? – неожиданно сказал он и махнул рукой в сторону висящих вдоль стены пустых телодвижений. – Сделаю большой дисконт.

– Что так? Покупатели кончились? – Помимо прочих достоинств Надежда обладала изрядной иронией – чертой для уличных проповедников нехарактерной.

Телодвижений она не носила принципиально. И, по ее словам, плевать хотела на врачебные рекомендации и снижение баллов в системе медицинского страхования.

– Что толку от этих экзоскелетов? Каждый раз, когда я их вижу, мне кажется, что человека сначала вывернули наизнанку, а затем спрятали в электронной клетке.

– Зря ты так, очень функциональная и эффективная штука. А женщинам здорово экономит силы, помогает поддерживать себя в форме.

– Ты мне гендер в лицо не тычь! Знаешь, Макс, для владельца лавки и частного, так сказать, предпринимателя ты удивительно наивен. Просто еще один рынок сбыта, созданный правительством. И посмотри, что с ним стало, когда перестала работать пропаганда и заработала, пусть и со знаком минус, экономика.

В чем-то она права, подумал Максим, но из соображений корпоративной солидарности возразил:

– Телодвижения бы не покупали, не будь они полезны. И как его использовать, ты решаешь сама – как и с любым другим инструментом.

– Инструмент – это верно. Только чей он? Поговаривают, что всеми телодвижениями дистанционно может управлять правительство.