Он кинул быстрый взгляд в сторону Йосика и уткнулся в стакан. Я понимающе усмехнулся, в несколько глотков влил в себя коньяк, и тут к нам спустились четыре девчонки в лёгких курточках и куцых юбчонках. Все они, несмотря на «боевую» раскраску, показались куда моложе Зинки. Пацаны отвлеклись, я воспользовался моментом и перехватил Мишу Тупина, двинувшегося на выход с ключами в руках.

— Заберу сумку из раздевалки?

— Пошли.

Мы поднялись из подвала, а когда помощник бригадира отпер дверь, я не утерпел и поинтересовался:

— Удачно сходили?

— Вообще ништяк!

— А что что за баба у вас там визжала?

— Да случайно вышло, — поморщился Миша. — Покупателей на выходе приняли, они даже пикнуть не успели, барыг стволом припугнули. Начали хату шмонать, и тут из толчка эта дура, обдолбанная вусмерть, выползла. Шлюху они к себе притащили, уроды. Ну та и разоралась с перепугу. Заткнули быстро, думали соседи не всполошатся, но похоже кто-то ментам позвонил.

— А чего так долго копались? Надо было сразу уходить!

Миша только плечами пожал.

— Да какой — долго? Мы и пяти минут на хате не пробыли! Пока нашли, пока собрали. Время махом пролетело.

Прокопались они не пять минут, а все десять, но акцентировать на этом внимание не стал, кивнул, взял сумку, двинулся на выход.

— Ты в сауну не пойдёшь, что ли? — удивился Тупин. — Не гони, тёлки приехали!

— Да от одного взгляда на них реально триппер подхватить.

— А гандоны тебе на что? — с усмешкой парировал Миша.

— На работу пора, — отбрехался я.

— Серьёзно? Какая может быть работа?

— Я дядьке обещал в ночь выйти. Не могу подвести.

Мы обменялись рукопожатием, и я поспешил на выход, желая покинуть спортивный комплекс, прежде чем привяжутся с предложением выпить. Пусть внутри и плескалось полстакана коньяка, но продолжать гулянку не было никакого желания. Прекрасно понимаю, что нельзя так демонстративно откалываться от коллектива, это запросто может боком выйти, но не лежит общаться душа. Не-ха-чу!

Пора валить до дому.

Точка!

14|10|1992 день-вечер

14|10|1992

день-вечер

Моё вознаграждение за участие в налёте потянуло на двадцать тысяч; накануне я пересчитал пухлую стопку купюр, в которой преобладали банкноты по пятьдесят, сто и двести рублей, после убрал их в нижний ящик стола. С учётом доли за выкупленные ваучеры, сумма набралась более чем приличная, надо было их поскорее потратить, но других идей, кроме как купить подарок Зинке, в голову не шло. И что именно ей купить, тоже не имел ни малейшего понятия. Просто других проблем хватало. Слишком уж тяготила необходимость поддерживать отношения с бригадой Демида.

Это вчера наркоторговцев без крови обнесли, а завтра что будет?

Непонятная маета отпустила только под конец занятий. После завершения последней пары я вклинился между Витей Медниковым и Викой и отвёл одногруппника в сторонку.

— Слушай, складские услуги никому из знакомых не нужны? — поинтересовался у него. — Мы можем даже небольшие партии товара принимать, основное помещение на клетушки разделили.

— Решили всё же ответственным хранением заняться? — уточнил Витя, без особого, впрочем, интереса. — Нет, Сергей, так сразу никто на ум не приходит.

— А ты подумай, — предложил я. — Двадцать процентов комиссионных обеспечим. А если длинный договор будет, то за первые три месяца и четверть, думаю, сделаем.

Медников окинул меня внимательным взглядом, потом кивнул.

— Подумаю.

Я пожал ему руку и поехал домой. Дядька уже заступил на сутки, и я даже доедать оставленные им в сковороде макароны по-флотски не стал, как переоделся, так сразу и позвонил Зинке. Но — облом, только и сумел, что прослушать короткие гудки.

Не судьба.

С обречённым вздохом я вернул трубку на рычажки, разогрел макароны, налил чая. Пообедал и позвонил снова, с тем же результатом. Больше ждать возвращения из школы подружки уже не мог и без всякого воодушевления поплёлся к «Ручейку». Обещал же, куда деваться…

У «буханки», как и вчера, дежурили Дима Воробьёв и Андрей Фролов, но от прежнего напряжения не осталось и следа; оба были в приподнятом настроении. Я предположил, что подобным образом сказывается наличие газового револьвера, но прав оказался лишь отчасти.

— В кабину загляни, — с усмешкой посоветовал Андрей в ответ на высказанный мной напрямую вопрос.

Подошёл, посмотрел, а там на водительском сиденье развалился размеренно сопевший Рома.

— Наше секретное оружие! — рассмеялся Воробей. — А вообще опять менты подъезжали, я с ними языками зацепился, вечером по пиву вдарим.

— Смотрю, ты куда угодно без мыла пролезешь, — усмехнулся я.

— Иди пустыню пылесось! — беззлобно посоветовал челнок.

Я не обиделся и достал из кармана стопку мятых банкнот, тряхнул ими.

— Дима, со мной за шапки рассчитались, давай бабки подобьём.

Воробей взял из «буханки» калькулятор, потыкал в клавиши и объявил:

— С тебя четыре четыреста восемьдесят.

Я отсчитал нужную сумму, оставшиеся семь десяток сунул обратно и предупредил:

— Если будут спрашивать, ты мне долг шапками вернул из расчёта триста пятьдесят рублей за штуку.