Читаем 10`92 полностью

Костя поставил пустую бутылку к заднему колесу «буханки» и встал рядом с Воробьём.

— Да мы просто по паре пива выпили, — пояснил он челноку.

— Умотались с самого утра сахар развешивать! — поддакнул Зинчук и ещё немного подрыгал ногами, потом допил пиво и забрался в кузов «буханки», уселся на скамью, сунул руки в карманы. — Холодно, блин!

— Да уж не май месяц, — подтвердил я.

Небо затянула серая пелена облаков, ветер раскачивал деревья и срывал с их крон пожухлую листву, всё кругом сделалось каким-то серым и безрадостным — и дома, и прохожие. Было погано, примерно как у меня на душе. Но если меня худо-бедно грела мысль о свидании с Зинкой, то температура воздуха уверенно стремилась к нулю.

Не май месяц — вот уж точно!

Я даже задумался, не пойти ли домой. Если разобраться, с приходом парней пропал всякий смысл торчать на холодном ветру, но только собрался сказать об этом, как к нам подрулила белая «копейка». Распахнулись дверцы, из автомобиля выбрались Граф и его куда как более массивный и мускулистый приятель по кличке Кабан.

— Вы чё здесь устроили? — с наездом спросил Граф.

Диму Воробьёва он явно не узнал, а Костю не знал вовсе, пришлось выйти из-за «буханки» и поздороваться:

— Привет!

Рук из карманов ветровки я при этом не вынул, да сосед Фролова о рукопожатии и не подумал.

— От кого торгуете? — потребовал он объяснений с едва ли чуть меньшим напором.

— Все вопросы к Андрею, — ответил я с деланой беззаботностью и мотнул головой в сторону магазина. — Он в салоне сейчас.

Больше меня ни о чём не спросили. Граф вновь забрался в машину и перегнал её к «Ручейку». А там скрылся в магазине, не став брать с собой приятеля.

— Бля… — тихонько выдохнул затаившийся в кузове Евген, да и Воробей заметно напрягся и посмурнел.

О репутации Графа они были прекрасно осведомлены, они — но не Чижов.

— Проблемы? — забеспокоился он. — Может, надо было Костю Чижа включить?

— Не парься, Дюша всё разрулит, — покачал я головой, и точно — уже минут через пять Граф забрался в «копейку», и та рыкнула движком, покатила прочь.

Воробей обеспокоенно глянул на меня, но я лишь пожал плечами.

— Стоим, ждём.

Пусть неожиданный визит и выбил из колеи, но горячку я решил не пороть, и оказался прав: почти сразу из «Ручейка» вышел Андрей, он внимательно огляделся по сторонам и поспешил к нам.

— Ну что? — сходу спросил Воробей, которому наезд сулил куда большие потери, нежели остальным.

— Да ничего! — раздражённо бросил в ответ Фролов. — Насчёт крыши заход сделал. Ля-ля-тополя, в одиночку на такой точке не продержаться, надо дружить. Мы поможем, если проблемы будут. Ну и всё в том же духе.

Пацаны приуныли, и Андрей с показной беспечностью махнул рукой.

— Да успокойтесь! Послал я его… к Гуревичу. Мол, у нас уже есть кому с проблемами разбираться, со стороны помощь не требуется.

Все расслабились, но только не я. Тот, кому полагалось решать наши проблемы, сейчас лежал в морге и никакого содействия оказать уже не мог.

— И что Граф? — поинтересовался из кузова Евген.

Андрей неопределённо пожал плечами и от прямого ответа уклонился.

— Да нормально всё, — только и сказал он и сразу перевёл разговор на другую тему: — А Рома так и дрыхнет, что ли? Всё на свете проспал!

Шутка окончательно разрядила обстановку, опять же — для всех, только не для меня. Если Граф заявился сюда не просто так и уже пошли слухи о смерти Головина, то простыми разговорами дело точно не ограничится. А нам эту точку терять никак нельзя. Тут не только вопрос денег, но и какого-никакого престижа.

— Ствол заберёшь? — спросил я Андрея.

— Оставляй пока, — ответил тот и попросил Зинчука: — Евген, посмотри, там ещё одна картонка была. Пойду, у гастронома встану.

Он нацепил на грудь объявление и ушёл, а я сместился в сторону, чтобы контролировать и его, и «буханку». Просто так, на всякий случай.

Но всё было спокойно. Торговля шла ни шатко, ни валко, хотя что-то всё же продали и даже выкупили несколько ваучеров. Не самый удачный день, да только курочка по зёрнышку клюёт, за неделю нормально наберётся. Мысли вновь перескочили на подарок для Зинки и покупку пуховика. Затем подумал, что в качестве временной подработки охрана торговой точки ещё худо-бедно годится, а вот постоянно торчать на улице с утра до вечера и в любую погоду — это всё же не по мне. Правда, если разобраться, вовсе не из-за денег сейчас на холодном ветру стыну…

Несколько раз подходил от гастронома Андрей, а когда начало смеркаться, ещё и помаячил мне рукой. Я обрадовался было, но торговлю пока что сворачивать никто не собирался.

— Постоим ещё, — решил Фролов, перекинувшись парой слов с Воробьём. — Только надо перекусить.

— Пиво берём? — спросил Саша Романов, который уже давненько проснулся, но в разговоры ни с кем не вступал, с хмурым видом подпирал плечом борт «буханки» и курил сигарету за сигаретой.

Отказ заставил Рому разочарованно сплюнуть под ноги.

— Тогда без меня, — проворчал он и вновь забрался в кабину, раздражённо хлопнул дверцей.

— Кто затариваться пойдёт? — спросил я.

— Посчитаемся! — предложил Евген. — Эники-бэники ели вареники…