Читаем 10`92 полностью

— Сам схожу! — отрезал Фролов, взял из кузова сумку и двинулся к магазину.

Принёс Андрей круглую булку ржаного хлеба, рыбных консервов, двухлитровый баллон «7UP» и пару шоколадных батончиков, но с нами не остался, взял свою долю и двинулся к «Ручейку». Я понимающе ухмыльнулся ему вслед.

Любовь-любовь! Надо будет тоже перед возвращением домой в кафетерий завернуть, чего-нибудь вкусненького для Зинки купить. Да и сам от сладкого не откажусь…

— Рома, ты есть будешь? — спросил Евген, не дождался никакого ответа и махнул рукой. — Братва, налетай!

Умяли всё в пять минут, а под конец Костя взял порезанный на дольки «Сникерс» и вздохнул.

— Ну и где тут толстый-толстый слой шоколада? Вот мне как-то плитку «Бабаевского» из Москвы привезли сантиметра в три толщиной…

Ответить ему никто не успел, Воробей пихнул меня в бок и указал в сторону гастронома. Я обернулся и обнаружил, что от него к нам целеустремлённо и решительно направляются пацаны из братвы Кислого.

Клёпа, Бонифаций, Миша Пантелеев и Артём Захаров, а с ними младший из Кислых. Его старшего брата видно не было, но у меня внутри всё так и свело от предчувствия неприятностей.

И точно — мимо эти уроды не прошли.

— На манеже всё те же! — гаденько рассмеялся Кислый. — Что, Костя Чиж, ваучеры скупаешь? Так ты барыга, выходит?

Я выдвинулся вперёд и спросил, даже не пытаясь замаскировать неприязнь:

— Чё хотел?

— Это наше место! — прозвучало в ответ. — Или платите, или валите отсюда на хрен!

— Не, — ухмыльнулся Бонифаций. — Сначала платите, а потом валите!

Ссылаться на Андрея мне и в голову не пришло. Кислый сюда не разговоры разговаривать заявился, ему заноза нужна.

— С какого перепуга это место ваше? — хмыкнул я, решив гнуть свою линию до конца. — Мы здесь первыми встали!

— Да насрать! — выдал Клёпа и придвинулся едва ли не вплотную. — Теперь это наше место. Всосал?

С другого бока зашёл Артём Захаров, и захотелось отступить, но не стал выказывать слабину. А вот когда Боря-Бонифаций оттеснил Воробья к «буханке», набычившийся было Костя Чижов откровенно растерялся.

И вновь я попытался удержать ситуацию под контролем при помощи слов, напомнив:

— Вы Лемешева крышевали, мы его вам оставили. А место — наше. Мы тут первые встали.

Кислый обидно рассмеялся.

— Крышевали? Енот, мы Лемешева себе забрали, потому что вы лохи!

Возразить на это заявление было нечем, но и промолчать я никак не мог. Оставалось лишь забить стрелу, да только возникло ощущение, что именно этого от меня и ждут.

Короткий тычок вышел быстрым и резким, хоть я и врезал в полную силу, ещё и вложился корпусом. Под угодившим в челюсть кулаком что-то хрустнуло, Кислого просто снесло с ног. Тут же Чиж сцепился с Пантелеем, а Бонифаций принялся было мордовать Воробья, но сразу отлетел в сторону, отброшенный пинком сиганувшего из кузова «буханки» Зинчука.

А больше ничего заметить я и не успел. Рассчитывал отскочить и выдернуть из кармана револьвер, но с двух сторон неожиданно шустро насели Клёпа и Захар, пришлось закрыться и попятиться. Увы, даже так разорвать дистанцию не вышло, да ещё прилетело тяжёлым ботинком под колено, оступился и едва устоял на ногах. Если б не походы в боксёрский зал, там бы меня и запинали, а так крутился и принимал удары на плечи и руки, потом заметил блеск ножа и рванул назад.

Захар изловчился пнуть в бок, меня кинуло на борт автомобиля. Клёпа момента не упустил и полоснул ножом. Махнул, а не ткнул, только это и спасло: успел подставить руку и лезвие вспороло ткань ветровки, соскользнуло по толстой вязке тёплого турецкого свитера. Я оттолкнулся от «буханки» и отпрыгнул, ушёл от второго замаха ножом и пропустил прямой в голову от вошедшего в раж Захарова.

Каким-то чудом успел приподнять плечо, и кулак шибанул по уху не в полную силу, а то бы точно «поплыл». Но и так мотануло, а в голове словно упаковка пистонов разом взорвалась.

— Конец тебе, сука! — хрипло выдохнул Клёпа, не заметив, как из кабины за его спиной выскочил Рома.

Монтировка со всего маху угодила по плечу, а следующий удар пришёлся по голове, и парень повалился на асфальт. Я воспользовался моментом и рванул из кармана револьвер, но Захаров, ещё прежде чем удалось высвободить оружие, развернулся и задал стрекача. Вот только с направлением для бегства он определённо прогадал: от «Ручейка» ему навстречу уже спешил Андрей.

Результат их столкновения представлялся мне совершенно однозначным, и я коротко бросил Роме:

— Пошли! — и сразу рванул на подмогу пацанам.

Успели как раз вовремя: если Чиж и Пантелей катались по газону, то Зинчук уже выбыл из драки и бестолково мотал головой, пытаясь прийти в себя. Вырубивший его Бонифаций наседал с ножом на Воробья, а тот хоть и отмахивался дрыном, который мы возили в «буханке», едва удерживал палку; ему порезали левую руку.