— Здравствуй, Сергей.

Я набрал в лёгкие побольше воздух и задержал дыхание, затем обернулся и поприветствовал соседку:

— Здравствуйте, тётя Софья!

Та смерила меня пристальным взглядом, перевела взгляд на дочь и спросила:

— Зина, ты голову уже вымыла?

— Да.

— Тогда я стирку поставлю.

Тётя Софья ушла, и я с облегчением перевёл дух, но поскольку дверь осталась открытой, то взял первую попавшуюся кассету, валявшуюся сверху без футляра, воткнул её в магнитофон и включил, не тратя время на перемотку.

Жанна из тех королев… [11]

Стоило только заиграть музыке, Зинка закрыла комнату, подошла и уткнулась лбом в мою спину, затряслась в беззвучном хохоте.

— Мы бы её точно не услышали, — заявила она, обхватив меня руками. — Вернулась бы немного раньше — и всё! Вот был бы номер одновременно и девственности, и жениха лишиться! Она бы тебя точно прибила!

Шутка смешной не показалась. Вот уж действительно — был бы номер!

Тут-то я и сообразил, что забыл сложить диван. Обратила тётя Софья внимание на это обстоятельство или нет? Вопрос на миллион!

Определённо пора бежать в кино…

11|10|1992 утро-день

11|10|1992

утро-день

В воскресенье с самого утра всё семейство Марченко укатило в гости. Зинка попыталась было остаться дома, ссылаясь на свой насморк и несделанные уроки, но поскольку вчера мы гуляли до самого вечера, ничего из этого не вышло. Со скандалом, слёзами и обидами, но пришлось ехать; тётя Софья оказалась неумолима.

По этой самой причине не было повода задерживаться дома и у меня. Наскоро просмотрел перед ближайшими семинарами конспекты лекций и двинулся прямиком в хозблок НИИ. Там пришлось пропустить выкатившийся со стройки цементовоз, который под надсадный гул движка прополз по узкому проезду и вывернул на дорогу, испортив воздух чёрным вонючим выхлопом. Ворота хозблока стояли открытыми, из кузова загнанного во двор грузовика выкидывали железо; ржавые уголки и прутки падали на землю и с лязгом бились друг о друга. Работу грузчиков контролировал круживший вокруг автомобиля дядя Петя.

«Буханку» по такому случаю убрали в гаражный бокс. Тут же у дебаркадера стояли пацаны, курили и с интересом наблюдали за разгрузкой.

Но вот так сразу пройти к ним не удалось, остановил поднявшийся с лавочки сторож.

— Одну минуту! — Он раскрыл толстую тетрадь на девяносто шесть листов, взглянул на часы, принялся что-то заполнять, затем потребовал поставить подпись.

Разлинованный лист содержал столбцы с именем посетителя, номером помещения, датой и точным временем входа и выхода. Тут же можно было зафиксировать регистрационный номер въехавшего на территорию автотранспорта.

— Всё по-взрослому?

— Порядок должен быть! — заявил крепкий мужичок средних лет, имя которого я запамятовал. — Это охраняемый объект, а не проходной двор!

Ну я кочевряжиться не стал, поставил свою закорючку, прошёл к дебаркадеру.

— Серый, а что делать собираются? — полюбопытствовал Чижов.

Я оценил количество привезённого материала и решил, что Борис Ефимович как-то слишком оптимистично оценивает сроки нашего тут пребывания. У меня имелись большие сомнения, что вложения успеют окупиться за четыре-пять оставшихся до приватизации НИИ месяцев.

— Серый!

— А? — отмер я и махнул рукой. — Да просто склад на закутки разделят, чтобы товар разных собственников хранить.

Андрей погнал всех фасовать сахар, а сам задержался во дворе и уточнил:

— Как с участковым поговорил?

Я едва сдержался, чтобы не приложить себя ладонью по лбу.

— Блин, совсем забыл!

Фролов досадливо поморщился.

— Ну, Серый! Ну ты даёшь! Надо уже что-то по завтрашнему дню решать!

Показался мне Андрей сегодня каким-то очень уж нервным, не сказать — растрёпанным, и я придержал оправдания, подошёл к наблюдавшему за разгрузочными работами дядьке и спросил:

— А можно как-то с Никифоровым связаться? С участковым, не с его братом.

— Нашкодил опять? — хмуро глянул в ответ дядя Петя.

— Нет, мне бы по делу с ним поговорить. Пацаны уличной торговлей заняться хотят.

— Жди, освобожусь и позвоню.

Я вернулся к Андрею и сказал:

— Сейчас всё будет.

Тот кивнул и слегка расслабился, сунул руки в карманы «дутой» серой куртки. Потом спросил:

— Думаешь, сможет помочь?

Ответить я не успел: тарахтя слабосильным движком в ворота проехала белая «ока». Подумал было, что прикатил кто-то из сварщиков, но углядел в салоне знакомые лица и чуть рот от изумления не разинул. Автомобиль остановился, почти синхронно распахнулись дверцы. С пассажирского сиденья выбрался Лёня Гуревич, а из-за руля вылез невесть как утрамбовавшийся внутрь Тихон Морозов.

Сторож вновь проявил бдительность и внёс наших приятелей в журнал посетителей, заодно записал машину. Толстый поставил автограф, подошёл к нам с Андреем и с гордостью объявил:

— Вот! Тачку взял!

— Да ты сам с неё размером! — рассмеялся я. — Слушай, по кабельному мультфильм «Трансформеры» показывают, ты натурально один из них! Автобот, блин!

Лёня хихикнул и отвернулся, не в силах скрыть улыбку, а вот Фролов невесть с чего напрягся, аж желваки на скулах загуляли. Но сдержался — промолчал.