Читаем полностью

Условия освещения, играющие столь важную и многообразную роль в жизни человека, нашли самое широкое отражение и использование в произведениях различных видов искусств. Это и понятно: реалистическое искусство правдиво отражает реальную действительность во всех её проявлениях, ищет пути для выразительной передачи картин жизни; эффекты освещения дают здесь очень большие возможности.

Мы любуемся солнечным и лунным светом в картинах Куинджи; нас чарует сияние весеннего света в картине Левитана – Март; великий мастер светового эффекта Рембрандт использует в своих картинах всю силу выразительности освещения. Но художники-живописцы не копируют те или иные условия освещения, поскольку копирование не имеет ничего общего с подлинно художественным изображением. При таком подходе свет играл бы лишь чисто служебную роль и художественных функций не выполнял бы.

Проблема светового решения картины понимается художниками-реалистами значительно глубже. Они хорошо знают свойства эффектов освещения и их способность влиять на восприятие человеком наблюдаемой им картины жизни. Эти свойства света они широко используют в своих произведениях для создания настроения, для передачи атмосферы действия. Правдивость и выразительность характера освещения способствуют правдивости и выразительности всего произведения искусства в целом.

Превосходными примерами художественного воспроизведения и творческого использования выразительности эффектов освещения может служить картина В. Д. Поленова Больная или В. Е. Маковского Вечеринка (обе находятся в Государственной Третьяковской галерее). Эффекты освещения в этих картинах тесно связаны с их идейным содержанием и усиливают впечатление, производимое на зрителя этими полотнами.

В картине Поленова воспроизводится эффект освещения, создаваемый настольной керосиновой лампой, затененной зеленым абажуром. В комнате царит полумрак, и центральное световое пятно около источника света охватывает не лица и фигуры людей, а лишь такие детали обстановки, как край постели больной и столик с лекарствами, – точно отобранные детали, которые ясно и красноречиво характеризуют происходящее. Художник смело оставляет в полутьме фигуру человека, стоящего в глубине комнаты, и даже лицо главного персонажа картины – самой больной. Полутень, в которой находится это лицо, подчеркивает его болезненность: лицо выглядит потемневшим, как это бывает у тяжело больных. И вместе с тем благодаря такому распределению светотени в картине художник ушел от изображения излишних в художественном произведении натуралистических подробностей и деталей истомленного болезнью лица.

Общее световое решение картины необычайно убедительно раскрывает зрителю обстановку и атмосферу действия, показывает комнату больного с её полумраком, настороженной тишиной и запахом лекарств.

Закономерности реального эффекта освещения воспроизведены здесь со всем необходимым правдоподобием: наиболее ярким световым пятном является сам источник света – лампа; основное световое пятно находится в непосредственной близости к этому источнику; за пределами светового пятна уровень освещенности резко снижается; количество рассеянного света в комнате очень невелико; присутствие в поле зрения яркого источника света и небольшое количество рассеянного света обусловливают довольно высокий интервал яркостей.

Именно этими признаками характеризуется реальный эффект освещения, создаваемый керосиновой лампой. Сохранение этих признаков в картине делает живописный эффект освещения правдивым и убедительным.

Не менее выразителен эффект освещения в картине В. Е. Маковского, поскольку он также использован для характеристики обстановки, в которой происходит действие. Висячая лампа ярко освещает центральную группу, и четкая светотень делает фигуры и лица людей живыми, объемными. Центральное световое пятно охватывает основных героев картины и привлекает внимание зрителя именно к ним.

Интересно художник отрабатывает светом фигуры участников вечеринки, сидящих в глубине комнаты. Они находятся в глубокой тени, так как свет лампы не достигает углов комнаты, и лица людей трудно было бы разглядеть при таком освещении. Художник, стремясь к правдивому воспроизведению обстановки во всех её деталях, написал лица этих людей при свете зажженной спички, от которой они закуривают. Этот дополнительный свет и позволяет рассмотреть лица участников вечеринки, находящихся далеко от основного источника – лампы. Так художник бережно сохраняет правду эффекта освещения.

На это бережное отношение художников-живописцев к правдивому распределению светотени в картине следует обратить особо пристальное внимание всем, кто занимается фотографией, потому что в практике фотосъемок нередки случаи, когда осветительные приборы устанавливаются вне всякой связи с существующим на объекте характером светотени.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Матисс
Матисс

С именем Анри Матисса (1869 — 1954) связана целая эпоха в истории европейского искусства. Пабло Пикассо охарактеризовал творчество своего соперника одной фразой: «Матисс всегда был единственным и неповторимым». Впервые жизнеописание открывает нам Матисса не безмятежным и уверенным в себе, а сомневающимся, страдающим, не понятым публикой и собственными родными; не опасным анархистом и дикарем, а воспитанным, умным, образованным человеком, любящим поэзию и умеющим рассуждать об искусстве лучше любых критиков. Практичный и консервативный в жизни, романтический и бунтарский в творчестве — таким предстает реформатор искусства XX века, художник, сумевший упростить живопись, в интеллектуальном бестселлере британского биографа Хилари Сперлинг, удостоенной за свой труд престижной литературной премии «Whitebread», ставшем в 2006 году в Англии «Книгой года» и переведенном на многие языки.

Хилари Сперлинг

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Искусство беллетристики
Искусство беллетристики

Книга Айн Рэнд «Искусство беллетристики» — это курс об искусстве беллетристики, прочитанный ею в собственной гостиной в 1958 году, когда она находилась на пике творческой активности и была уже широко известна. Слушателями Айн Рэнд были два типа «студентов» — честолюбивые молодые писатели, стремящиеся познать тайны ремесла, и читатели, желающие научиться глубже проникать в «писательскую кухню» и получать истинное наслаждение от чтения.Именно таким людям прежде всего и адресована эта книга, где в живой и доступной форме, но достаточно глубоко изложены основы беллетристики. Каждый, кто пробует себя в литературе или считает себя продвинутым читателем, раскрыв книгу, узнает о природе вдохновения, о роли воображения, о том, как вырабатывается авторский стиль, как появляется художественное произведение.Хотя книга прежде всего обращена к проблемам литературы, она тесно связана с философскими работами Айн Рэнд и развивает ее основные идеи об основополагающей роли разума в человеческой жизни, в том числе и в творчестве.

Айн Рэнд

Искусство и Дизайн / Критика / Литературоведение / Прочее / Образование и наука
Заяц с янтарными глазами
Заяц с янтарными глазами

«Заяц с янтарными глазами» – книга-музей; и главные герои здесь – предметы: фигурки нэцке, архивные хранилища, винтовые лестницы. Впрочем, в отличие от классических музеев, в этом нет табличек «руками не трогать», как раз наоборот.Книга де Вааля – целиком тактильный текст. Автор рассказывает историю своих предков через их коллекции, один за другим перебирая экспонаты – бережно и осторожно, – так мы перебираем бабушкины-дедушкины вещи на чердаке, стирая пыль с орнаментов и шелестя плотной желтой бумагой. Разница только в том, что сам де Вааль роется не на чердаке своего дома, а в чертогах истории – в архивах братьев де Гонкур, Марселя Пруста, Клода Моне и многих других писателей и художников, с которыми дружили его деды и прадеды (Шарль Эфрусси, прадед автора, был прототипом прустовского Свана).Ярый коллекционер, де Вааль настолько дотошен, что умудрился проследить весь путь своих фигурок-нэцке из Японии во Францию, в Париж XIX века, оттуда в Вену XX века, и дальше – сквозь колючую проволоку 1930-х и 1940-х, когда фигурки были спасены от коричневой чумы усилиями храброй девушки – и дальше-дальше сквозь время, все ближе к читателю.Для кого эта книгаДля всех, кто увлекается биографиями незаурядных личностей и семейными сагамиДля любителей истории ХХ векаДля тех, кто хотел бы узнать о повседневной жизни Европы начала века, во время первой мировой войны и 30-х

Эдмунд де Вааль

Искусство и Дизайн