Читаем полностью

В 1907 г. в Германии было зарегистрировано 280 тыс. иностранных рабочих в сельском и лесном хозяйстве⁸⁶. Такое количество иностранных граждан, в большинстве своем славянского происхождения, чье возвращение на родину по окончанию сезонных работ не гарантировалось, вызывало серьезные опасения, прежде всего, у представителей консервативных националистических объединений в Восточной Пруссии, например «Алтдойтчер фербанда» {«Altdeutscher Verband»). Решение проблемы дефицита рабочих рук за счет привлечения иностранцев встретило сопротивление отдельных групп немецкого общества, имевших яркую националистическую окраску и выступавших под лозунгами «укрепления германства» и «вытеснения славянского влияния»⁸⁷. В консервативной немецкой прессе публиковались статьи с указанием на то, что приток польских сельскохозяйственных рабочих приведет, якобы, к «полонизации Восточной Пруссии» и вытеснению местного немецкого населения⁸⁸. В высказываниях такого рода звучала не только боязнь засилья иностранцев, в них находили свое отражение и опасения, связанные с территориальной целостностью германского государства. Отток немецкого населения мог привести к «оголению границы» и невозможности противостоять притоку поляков, двигавшихся на запад в поисках земли . Размышления об опасности использования иностранных граждан волновали многие общественно-политические организации Восточной Германии: от крайне националистических кругов «Алтдойтчер фербанда» до правого крыла социал-демократов⁸⁹. Социал-демократы требовали эффективного контроля за притоком иностранцев, поскольку опасались, что насыщение рынка труда дешевой польской рабочей силой приведет к дальнейшему вытеснению немецких рабочих из приграничных районов.

Полемика об использовании труда иностранцев, возникнув в немецком обществе в конце XIX - начале XX вв., оказала сильное влияние на формирование позиции руководства кайзеровской Германии по отношению к иностранным рабочим, повлияв на их численность и на характер трудовых отношений⁹⁰. Немецкие чиновники подозревали поляков в намерении восстановить польское государство, в стремлении в связи с этим к консолидации с соплеменниками, проживавшими на территории Пруссии. Численность последних составляла в 1914 г. 3,7 млн. человек. Использовавшиеся по большей части в Восточном Поэлбье польские рабочие подлежали поэтому строгому полицейскому контролю, который ограничивал их свободу передвижения в Пруссии и должен был противодействовать длительному пребыванию на территории Германии. Рабочие других национальностей подобному контролю не подлежали⁹¹.

Лавируя между экономическими интересами крупных юнкерских помещиков и политическими интересами различных групп немецкого общества, правительство Германии попыталось урегулировать ситуацию посредством принятия в 1890 г. закона, ограничивавшего срок пребывания иностранных рабочих на территории рейха периодом с 1 апреля по 15 ноября⁹². Таким образом, фактически закреплялся сезонный характер труда иностранцев, которые после окончания работ теперь были обязаны покинуть территорию Германии. В 1907 г. для учета иностранной рабочей силы вводились так называемые легитимационные карты. В них регистрировались данные о сроках пребывания и месте трудовой деятельности иностранных рабочих. Смена места работы стала возможна только с согласия работодателя. Работавшие нелегально, без легитимационной карты, или застигнутые на другом рабочем месте, не указанном в карте, подлежали высылке из рейха. Для административного воплощения этих мер были расширены полномочия полиции и упрощена процедура высылки. Ужесточая контроль над иностранной рабочей силой, государство стремилось положить конец участившимся разрывам трудовых договоров со стороны сезонных рабочих, которые, переходя из одного хозяйства в другое, реагировали на дискриминирующие условия труда и мизерную оплату. Возникшая система регулирования притока рабочей силы и трудовых отношений заложила основы национальной дискриминации в законодательной и административной сфере Германии, поскольку ограничение срока пребывания иностранцев и связанные с этим административные меры касались исключительно польских рабочих из Российской империи и Австро-Венгрии⁹³.