Читаем Звезда Судьбы полностью

Кулл покосился на старого вождя. Сперва ему показалось, что тот спит, но внезапно Теринас зашевелился и попытался приподнять голову.

— Голоса… — его собственный голос казался слабым и заметно дрожал.

Один из солдат склонился над ложем умирающего и прошептал ему на ухо:

— Атлант Кулл вернулся вместе с Мантисом и каким-то магом. Они вернулись, мой господин.

— Кулл? Атлант Кулл? — выдохнул Теринас, пытаясь сесть на постели.

Атлант приблизился, в то время как Терина-су помогли усесться и подложили под спину подушку.

— Это ты, Кулл? — прошептал деревенский старейшина.

— Да, это я. А со мной Мантис и Сойан-Тан — колдун, который знает, как одолеть Тха-Бнара.

— Одолеть… Тха-Бнара?

— И мы привели с собой целое войско, — поспешил добавить атлант. — Теринас, мы вернулись и привели с собой три тысячи наемников, которые готовы осадить храм и принести тебе голову Тха-Бнара.

— Войско…

Куллу невероятно тяжело было видеть этого гордого и сильного человека, разбитого болезнью. Несомненно, здесь потрудилось злое колдовство! Тха-Бнар ответит за это!

Гнев поднялся и заклокотал в его груди, и, внезапно выпрямившись, Кулл громко скомандовал:

— Вынесите его наружу! — велел он находившимся в комнате. — Поднимите Теринаса и вынесите его наружу!

Те возмущенно замахали руками.

— Нельзя этого делать, атлант. Он слишком слаб и слишком…

— А я говорю — поднимите его! Вынесите его наружу и пусть он увидит свое войско! — рявкнул Кулл. — Сделайте это немедленно, или я сам потащу его на себе!

Соратники Теринаса принялись спорить, но внезапно голос Сорана придал им решимости:

— Пусть наш вождь увидит свою армию, — приказал тот. — Неужто нам настолько недостает преданности, что мы не готовы сделать для нашего господина даже такой малости?

Приближенные Теринаса, наконец, зашевелились, — и все же, несмотря на то, что их вождь был болен и очень истощен, они сами ослабли настолько, что понадобилось четыре человека, чтобы поднять старейшину с постели. Мантис с Куллом поспешили им на помощь, и вшестером они, наконец, вытащили Теринаса на улицу и отнесли его к городским воротам. Следом шли Сойан-Тан с Сораном. Оказавшись перед крепостной стеной, Кулл велел открыть ворота. Стражники вопросительно покосились на Сорана, но тот кивнул в знак согласия, и вскоре ворота отворились.

Они вынесли Теринаса на равнину перед западной стеной города и наклонили носилки таким образом, чтобы он смог увидеть свое войско. Пыльный ветер с реки остудил разгоряченное лицо старейшины, принялся трепать покрывало, в которое тот был закутан.

Теринас взглянул на стройные шеренги воинов, пришедших служить ему, — наемников, разбойников, бездомных крестьян и искателей приключений. Сталь клинков блеснула в тусклом свете заката под низко нависшими свинцовыми тучами.

По щекам вождя покатились слезы.

Он сделал знак Куллу, и тот подошел ближе.

— Войско, — слабым голосом прошептал Теринас. — Но… я не смогу вести его в бой.

— Мы справимся с этим, Теринас, — заверил его атлант. — Эти люди будут сражаться за тебя изо всех сил.

Старейшина перевел взор на Мантиса, стоявшего рядом с Куллом.

— А ты нашел то оружие, какое искал? Оружие, с помощью которого… можно уничтожить Тха-Бнара?

Мантис кивнул.

— Я нашел этих наемников, Теринас… И колдовство. Я сам владею магией, я не говорил тебе об этом прежде. Мой отец был колдуном. Скажу лишь, что я уехал отсюда, дабы найти то, что принадлежало мне по праву рождения. Я добился своей цели. Тха-Бнар будет уничтожен, и твоя земля обретет свободу.

Теринас уронил голову на грудь.

— Я… верю тебе, — едва слышно промолвил он. — Я верю вам всем, и я знаю, что Тха-Бнар должен быть уничтожен.

Он протянул руку, и Кулл уверенно пожал ее. Теринас привлек атланта ближе, и тот склонил голову, поднеся ухо к губам старейшины.

— Я умираю, — прошептал Теринас. — Боль гнездится в моем теле. Я больше не мужчина, не военачальник… Я очень устал и желаю поскорее узреть своих богов и предков. Я не могу вести это войско. Я не оправдал надежд своего народа и своих собственных. Кулл… Я верю в тебя… Не подведи меня.

— Теринас, я…

— Не подведи, — взмолился он, изо всех сил сжимая руку атланта. — Послушай… — Он помолчал, внезапно застонал, тело его содрогнулось в конвульсиях, и он сцепил зубы от невыносимой боли. Затем старейшина принялся хватать воздух ртом, и, когда наконец смог перевести дыхание, то вновь распахнул—повлажневшие от слез глаза и уставился на Кулла. Теперь во взоре его горел огонь, которого не было еще недавно, — но и этот огонь стремительно угасал.

— Веди их. Веди их в бой. Убей Тха-Бнара. — Теринас вновь застонал, со свистом втянул в себя воздух и заговорил уже медленнее, прерывающимся голосом: — Веди их, Кулл. Убей… —