Читаем Звезда Судьбы полностью

Его глаза распахнулись шире. — Мы не так давно знакомы с тобой, атлант. Но я чую что-то странное в тебе! Я много думал о тебе, когда ты покинул лагерь. Не знаю, почему… — Он закашлялся, его вновь пробрала дрожь. — Ты старался среди нас, как обычный наемник… Но затем ушел и вернулся с целой армией… Ты якшаешься с колдунами… И способен вести за собой людей… — Внезапно Теринас застонал, и тело его содрогнулось с новой силой, когда боль вновь одолела его. — Боги… Боги! Я умираю, и я подвел свой народ! Мой долг… Теперь он лежит на тебе, атлант… Но кто ты такой… кто… ты такой?

Боль вновь нахлынула на него, и с внезапным усилием Теринас попытался сползти с носилок. Кулл вовремя перехватил его и вновь уложил, с тревогой глядя на исхудавшее изможденное лицо. Взметнувшийся ветер растрепал влажные от пота волосы. Рука, что по-прежнему сжимала руку атланта, расслабилась и упала; голова запрокинулась.

Кулл, помедлив немного, протянул руку и опустил веки Теринаса. Солдаты, державшие носилки, медленно опустили их на землю.

Обернувшись к Мантису, Кулл заметил, что юноша не скрывает своих слез.

Сойан-Тан сделал шаг вперед, опустил руку на неподвижную грудь Теринаса и торжественно произнес:

— Смертный человек, ступай теперь к своим богам и поведай им, чему ты научился в этой жизни. Ты больше не будешь знать боли. Да откроется духу твоему свет и добро! Вздохни же, о, душа, и отправляйся к Единому, и знай, что ты — бесконечность в самой себе, и свобода — отныне твоя награда и обещание в грядущих жизнях. — Старец обернулся к Куллу. — Произнеси его имя.

Не совсем понимая, чего хочет маг, атлант повиновался:

— Теринас…

Теперь тот взглянул на Мантиса:

— Произнеси его имя, странник.

— Теринас…

К Сорану:

— Смертный, произнеси его имя.

— Теринас…

— Теперь он свободен. Пусть боги возрадуются ему, и душа его познает свет.

А Кулл, вспоминая последние слова умирающего вождя, с внезапной тревогой подумал: «Ты прав в своих сомнениях, Теринас. Кто же я такой? Кто же я такой?»

Наемная армия из трех тысяч клинков вошла в город Буганкад, названный так по имени своего вождя, и в этот вечер Кулл собрал их всех на главной площади. При свете сотен факелов он поднялся на наскоро сколоченный помост и, в сопровождении Мантиса и Сойан-Тана, обратился к воинам.

— Завтра утром мы двинемся войной на защитников зиккурата, — объявил он.

Затем вперед выступил старый маг и поведал воинам все, что знал о зиккурате, — о его устройстве и тайнах.

— Мы с Мантисом владеем магией, способной вам помочь, — промолвил он. — Но основная цель нашего колдовства — это уничтожить то зло, каким владеет Тха-Бнар, и которое таится на самой верхушке храма. Однако, для того, чтобы достичь Тха-Бнара, нам необходимы ваши мечи, которые проложат путь… Вы желаете денег? Золота и серебра? Все это имеется в храме, чьи богатства несметны, ибо их собирали на протяжении многих поколений жрецы и колдуны. Но вам предстоит сражаться против магии, и вы должны быть готовы нападать стремительно, не доверяясь никому. Тела павших следует сжигать или обезглавливать, дабы жрецы не смогли вернуть их к жизни.

— Мы должны будем разделиться, — заявил наемникам Кулл. — Нас будет четыре отряда. Поутру я объясню вам в подробностях план сражения, а сейчас отправляйтесь на отдых и готовьтесь выступать!

Атлант удалился в дом Теринаса, взяв с собой четверых военных вождей, которых лично выбрал из рядов наемников. Вместе с ними и Сораном, Сойан-Таном и Мантисом, Кулл, используя древние пергаментные карты Теринаса, начал планировать наступление.

Лишь к полуночи они, наконец, разошлись, чтобы передохнуть до рассвета и вступить в бой отдохнувшими и освеженными. Однако, даже когда его соратники разошлись, сам атлант не сразу отправился спать.

— Ты должен быть сильным, — ободряющим тоном заметил ему Сойан-Тан. — Боги на твоей стороне, Кулл.

— В самом деле? — устало улыбнулся атлант. — Ну что ж… Полагаю, рано или поздно боги должны были решиться принять мою сторону. Так почему бы им не сделать этого сейчас?

Сойан-Тан удалился в свои покои, и Кулл проводил его взором, гадая, многие ли из их войска доживут до завтрашнего вечера.

Соран с улыбкой подошел к атланту и сжал его руку.

— Завтра я намерен…

— Нет, — покачал головой Кулл. — Ты не должен идти с нами. Кто-то обязан остаться здесь. Ты и твои люди слишком слабы и измучены болезнью. Ты уже сделал все, что мог. Не спорь со мной, Соран.

Тот с обидой взглянул на атланта.

— Остор со своими людьми тоже с нами, — сказал ему Кулл. — От них могут быть неприятности.

— Вот как? Тогда мне тем более стоит идти с нами.

— Нет, тогда тебе тем более следует остаться, друг мой. Прошу тебя.

Понимающе кивнув, тот слабо улыбнулся Куллу.

Атлант обернулся к Мантису.

— Может, нам стоит поутру отправить всадников, чтобы они привезли еще золота и серебра из пещеры твоего отца… на тот случай, если богатств зиккурата окажется недостаточно?

— В пещере множество ловушек и не все из них были обезврежены со смертью моего отца, — возразил юноша. — Лучше подождать и посмотреть, сколько наемников выживет…