Читаем Звезда Судьбы полностью

Двух лошадей Кулл успел освободить от пут и хлопнул их по крупу, чтобы они могли спастись бегством, — но когда он достиг лошади Мантиса, один из болотных монстров оказался уже слишком близко. Разъяренный, Кулл взмахнул мечом, нанеся твари рану в бок. Та заголосила, пытаясь зажать зияющую дыру в грудном клетке, и отступила, но в тот же миг другой монстр напал на лошадь Мантиса. Скакун поднялся на дыбы и заржал, пытаясь отогнать нападавшего, но тот принялся рвать несчастное животное на части когтями и клыками. Кулл набросился на мерзкую тварь.

— Проклятый урод! — взвыл он.

Монстр обернулся, скаля зубы, с которых капала кровь. Атлант яростно взмахнул клинком и одним ударом отсек чудовищу голову. Описав полукруг, та упала в заводь с грязной водой, продолжая скалиться. Обезглавленное тело покачнулось, а затем рухнуло наземь, продолжая молотить в воздухе лапами.

Итак, на трех меньше… Нет, на четырех, — ибо в это же самое время Мантис совершил бросок, нанес удар и из рассеченного брюха твари вывалились внутренности прямо к ногам юноши. Монстр хрипло завопил.

Мантис вовремя оттолкнул его, чтобы встретить пятого из нападавших…

…А еще двое набросились на атланта. Отпрыгнув назад и пригнувшись, тот схватил с земли увесистый камень и швырнул вперед. С глухим треском булыжник ударил первую тварь прямо в лоб. Оглушенная, та покачнулась. С боевым воплем атлантов Кулл напал на ее сородича. Монстр размахивал лапами с длинными когтями, силясь зацепить врага за руку или шею. Сверкнул клинок, и одна лапа отлетела прочь. Тварь завизжала. Воин метнулся в сторону, как раз вовремя, чтобы избежать броска монстра. Когти уцелевшей лапы сомкнулись в том самом месте, где только что была голова Кулла, — но тот уже нанес смертельный удар сбоку и сзади, метясь в затылок твари. Зловонные мозги расплескались по траве.

С торжествующе-яростным криком Мантис набросился на последнего из нападавших, и вскоре тот рухнул наземь с перебитым хребтом. Он продолжал извиваться на влажной земле, слабо подергивая головой и конечностями.

Но теперь поднялся тот монстр, которого Кулл поразил камнем, и набросился на своего врага.

— Продал свою душу ведьме, да? — прорычал атлант. — Ах ты, погань! Болотное дерьмо! Ну же — иди сюда и попробуй достать меня!

Мантис наблюдал за схваткой, дивясь ярости, владевшей его другом в этот миг. Похоже, не только порождения трясины приводили атланта в такое бешенство… Нет, какая-то боль и ярость таились у того глубоко в душе.

Болотная тварь с ненавистью взирала на своего противника и злобно шипела, пялясь на Кулла белесыми глазами.

— Ах ты, зловонная мерзость! — выкрикнул атлант.

Тварь взмахнула лапой с выставленными когтями. Кулл исторг яростный вопль. Двумя ловкими ударами клинка он отсек монстру одну лапу и пронзил его в пах.

Тварь повалилась наземь, завывая и скребя когтями землю. Кулл нанес третий уверенный удар и отсек противнику голову.

Наступила напряженное тяжелое молчание, прерываемое лишь зудением комаров. Кулл слышал, как кровь стучит у него в ушах.

Мантис опасливо приблизился к нему.

— Все кончено?

Кулл покосился на своего спутника.

— Ты уверен, что она больше никого не пошлет против нас?

Тот хмуро усмехнулся и пожал плечами.

— Не думаю… О, боги! — Он смотрел куда-то поверх плеча Кулла.

Атлант развернулся. Лошадь Мантиса, раненая, лежала на подстилке из мха, истекая кровью, и отчаянно била копытами. Изо рта текла пена, глаза затянулись грязно-белой поволокой. На глазах у Кулла с Мантисом оскаленные зубы благородного животного покрыла липкая пленка слюны, повисшая длинными блестящими клыками. Затем неожиданно глаза лошади загорелись желтым огнем. Медленно и неуверенно она начала подниматься на ноги… А затем зарычала, — как неспособна была рычать ни одна лошадь.

— Я должен ее убить, — заявил Мантис атланту. — У нас нет выбора.

Он шагнул вперед, остановившись рядом с несчастным животным и резко обрушил клинок ему на шею. Лошадь завизжала. Хлынула алая кровь. Движения ее замедлились, безумный огонь в глазах потух… И наконец она умерла, высвободив свою жизненную силу.

Мантис оглянулся.

— А что с остальными лошадьми?

Без единого слова Кулл смотрел куда-то вдаль.

— Эй, приятель, как там наши лошади?

Когда атлант наконец поднял голову, в его глазах читалась ненависть.

— Проклятье, Мантис, что мы делаем здесь? Посмотри на это! Ты только посмотри на это! Скажи мне, будь ты неладен, кто же ты такой?

Вложив в ножны меч, юноша подошел к атланту.

— Кулл… Где наши лошади?

Тот глубоко вздохнул и несколько мгновений пристально изучал свой меч, а затем также укрыл его в ножнах.

— С остальными лошадьми все в порядке, Мантис.

— Вот и славно, — отозвался тот. — Славно. Больше сейчас меня ничего не интересует.

Он неуверенно протянул руку Куллу для дружеского рукопожатия.

Но тот то ли и правда не заметил этого жеста, то ли просто сделал вид…

С наступлением ночи они, наконец, покинули болото и оказались на сухой земле, в лесу, где воздух был достаточно свеж, а деревья росли в удалении друг от друга, так что среди густых крон даже виднелись звезды и луна.